Книга У меня четыре туза, страница 82 – Джеймс Хэдли Чейз

Арчер похолодел. Он попытался сказать что-то, но Хельга ледяным голосом оборвала его:

— Я читала полицейское досье на Гренвилла или, точнее, Уилсона. Немецкие власти разыскивают его за многоженство.

Джек ссутулился в кресле, по лицу его текли крупные капли пота. В этот миг в гостиной зазвонил телефон.

— По-прежнему станешь хвастать четырьмя своими тузами? – спросила она. – Так ведь ты выразился? «У меня четыре туза»?

На террасу вышел Хинкль.

— Простите, мадам. Мистер Гренвилл на линии. Хочет поговорить с вами.

Когда Хельга мотнула головой, Арчер утратил последнюю тень надежды.

— У меня нет желания разговаривать с ним, – сказала женщина.

— Хорошо, мадам.

Хинкль вернулся в гостиную. В гнетущей тишине до Арчера донеслись слова слуги: «Мадам не желает говорить с вами».

Затем Хельга сняла солнечные очки и посмотрела прямо на Арчера. От полыхавшей в ее глазах ярости Джеку стало не по себе.

— Убирайся! Я не верю ни единому твоему слову! Мафия! Идиотский розыгрыш! Ты и твой презренный сообщник-многоженец разработали нелепый план, как выжать из меня деньги! Ты говорил, что не знаком с ним, дешевый лжец! Но у меня есть свидетельство полицейского, видевшего вас вместе! Прочь с глаз моих! Тебе даже на обман ума не хватает! Уходи!

Вид у Арчера был такой, словно у него вот-вот случится сердечный приступ. Он рвал воротник, как будто ему тяжело дышать.

Хельга наблюдала за ним с лицом неподвижным, как каменная маска.

— Хельга, ты должна выслушать меня! – проговорил наконец Джек, отдышавшись. – Ты должна мне поверить! Я скажу тебе правду. Мы с Гренвиллом действительно придумали план, чтобы убедить тебя в его похищении. Я знал одного скользкого типа в Женеве и по глупости попросил его подыскать двух исполнителей, чтобы разыграть нападение. Клянусь, я говорю правду! Как только они заполучили Гренвилла, похищение стало самым настоящим. Они отобрали мой паспорт! И заставили прийти к тебе. Неужели Гренвилл совсем ничего для тебя не значит? – Он в отчаянии всплеснул руками. – Ты ведь любила его! Если ты не заплатишь, его изуродуют! Этим парням неведомо сострадание! Хельга, ты обязана что-то сделать, чтобы помочь ему!

Хельга закурила новую сигарету, и Арчер заметил, что руки ее не дрожат.

— Да, я любила его, – тихо сказала она. – Но теперь все в прошлом. Есть ли женщина, способная любить подобного лжеца и обманщика? Этот человек столь низок, что женится на старухах снова и снова, желая лишь жить в роскоши?

Голос ее стал резким. Она приблизила к Арчеру искаженное от гнева лицо и закричала:

— Я не верю ни единому слову из твоих сказок про мафию! Ты никогда не умел блефовать! Убирайся! И радуйся, что я не передала тебя и твоего многоженца в полицию. Но предупреждаю: если ты осмелишься снова сунуться ко мне, то пожалеешь об этом! А теперь пошел вон!

На террасе появился Хинкль и тронул Арчера за плечо.

Почти рыдая, Джек встал:

— Хельга, я клянусь, что говорю правду! Эти люди…

Хинкль с неожиданной силой ухватил Арчера за руку, развернул и стал подталкивать к парадной двери.

Проковыляв по аллее, Арчер забрался в машину. Хинкль проследил за его отъездом, после чего вернулся на террасу.

У Хельги были стиснуты кулаки, губы тряслись.

— Собирайте вещи, Хинкль, – выдавила она. – Завтра я уезжаю.