Книга Плохие вести от куклы, страница 17 – Джеймс Хэдли Чейз

Когда он оказался на Флаглер-авеню, у него заболели ноги. Это было все равно что топтаться по раскаленной печке. На углу улиц Флаглер и Томпсон он сдался и остановил машину. Сев в такси, он разулся, чтобы проветрить ноги, но машина почти сразу, пробившись сквозь плотное движение, притормозила у небольшой лавочки. Шофер обернулся:

— Приехали, босс.

Феннер натянул ботинки и не без усилия сунул горячую руку в карман брюк. Он дал шоферу двадцать пять центов и вылез из автомобиля. Лавочка была очень опрятная, окна сияли. В правом окне стоял белый гробик, само окно сзади было завешено черным. Феннер подумал, что надо же, гробик кажется таким одиноким. Он прочел карточку, стоявшую рядом на небольшой подставке:

МЫ ПОЗАБОТИМСЯ О ВАШЕМ МАЛЫШЕ,

ДАЖЕ ЕСЛИ ГОСПОДЬ ЕГО НЕ УБЕРЕГ.

Феннер подумал, что все сделано с большим вкусом. Он подошел к другому окну и осмотрел его: опять черные занавески, но здесь на белом пьедестале стояла серебряная урна. Надпись на карточке гласила: «Прах к праху». Он был впечатлен.

Он сделал шаг назад и прочел вывеску:

ПОХОРОННОЕ БЮРО Б. НАЙТИНГЕЙЛА

— Ну-ну, – сказал он сам себе, – вот так местечко.

Он вошел в лавку. Когда он открыл дверь, зазвенел электрический звонок и затих, только когда дверь закрылась. Внутри контора впечатляла еще больше. Короткий прилавок делил помещение пополам. Он был задрапирован белым и лиловым бархатом. На лиловом ворсистом ковре стояли несколько черных кожаных кресел. Слева – большой застекленный шкаф с миниатюрными гробиками из всевозможных материалов: от золота до сосны.

Справа стояло шестифутовое распятие, искусно подсвеченное потайными лампочками. Реалистичность фигуры ошеломила Феннера. Он почувствовал себя словно в церкви.

За прилавком висели длинные черные и пурпурные портьеры. В магазине никого не было. Феннер подошел к шкафу и осмотрел гробы. Подумал, что золотой вечный дом – отличная идея.

Из-за завесы тихо вышла женщина. Она была в облегающем черном шелковом платье с белым воротничком и манжетами. Это была блондинка с большим, похожим на рану ртом, накрашенным ярко-красной помадой. Она посмотрела на Феннера, и рот ее сложился в улыбку. Феннер решил, что она недурна собой.

Она сказала тихо и очень серьезно:

— Чем могу быть вам полезна?

Феннер поскреб подбородок.

— Эти коробочки продаются?

Он ткнул пальцем в застекленный шкаф.

Она заморгала:

— Нет, разумеется. Это, видите ли, просто модели, но вам нужен такой гроб?

— Нет, просто интересуюсь.

Она с подозрением уставилась на него.

— Найтингейл у себя?

— Он вам нужен лично?

— Потому и спрашиваю, детка. Скажите ему, что пришел Росс.

— Посмотрю. Он сейчас очень занят.

Феннер посмотрел ей вслед и подумал, что со спины она тоже хороша.

Вскоре она вернулась и сказала:

— Проходите, пожалуйста.

Он последовал за ней – за завесу и по короткой лестнице. Ему нравились ее духи, и на полпути он сказал ей об этом. Она оглянулась через плечо и улыбнулась. У нее были крупные белые зубы.

— Предполагается, что я покраснею?

Он серьезно покачал головой:

— Мне просто нравится делать дамам комплименты.

Она показала на дверь:

— Он там. – Помолчала и продолжила: – А мне вы нравитесь. У вас глаза хорошие.

Она спустилась вниз, приглаживая светлые кудри длинными белыми пальцами.