Книга Плохие вести от куклы, страница 40 – Джеймс Хэдли Чейз

— У вас ведь есть сестра, – наконец сказал он.

Она замялась:

— Да, но мы очень давно не виделись.

— Насколько давно? И почему?

— Года четыре или пять, не помню. Мы с Мэриан не ладили. У нее были свои представления о том, как я должна жить. Мы не ссорились, но она осталась при своем мнении, и, когда отец умер, мы расстались.

Феннер мягко сказал:

— Вы лжете. Если вы так давно не виделись, с чего бы ей прибегать ко мне, обеспокоенной вашим отсутствием?

Глори вспыхнула:

— Я не знала, что она приходила к вам. И вообще, кто вы такой?

— Это не важно. Когда вы в последний раз видели Мэриан?

Глори помрачнела:

— Я была в Нью-Йорке с Гарри. Мы случайно встретились. Это было пару недель назад. Я туда приехала развеяться. Мэриан хотела, чтобы я пошла с ней в гостиницу, и я согласилась, потому что она настаивала. Со мной был Гарри. Ужасно неловкая ситуация. Мэриан не потерпела бы Гарри, так что я ускользнула от нее и вернулась во Флориду.

Феннер подошел и присел на кровать.

— Либо вы совсем заврались, либо я что-то пропустил.

Глори замотала головой:

— Я не лгу. Да и зачем?

— Слушайте, вы ничего не говорили сестре про двенадцать китайцев?

— Двенадцать китайцев? Зачем?

— Да перестаньте уже – «зачем, зачем?». Это меня сбивает.

Пока что ему было ясно одно: с этой девушкой не ясно решительно ничего. Он подумал и спросил:

— Почему Лидлер, а не Дэли?

— Лидлер – моя фамилия по мужу. Я развелась год назад.

Феннер фыркнул:

— А где ваш муж?

— Не знаю. А что?

Феннер не ответил. Вместо этого он сказал:

— Вашу сестру неделю назад убили в доме в Бруклине.

Воцарилось долгое молчание.

— Не верю.

Взгляд ее бегал по лицу Феннера.

Феннер пожал плечами:

— Не хотите – не надо, но ее действительно убили. Мне эта девушка понравилась. Она пришла просить помощи. Мне не понравилось, как оборвалась ее жизнь, и я обещал себе найти ее убийцу.

Глори схватила его за пиджак и хорошенько встряхнула:

— Мэриан мертва? И вы вот так просто мне об этом говорите? Вам меня не жаль? Мэриан, Мэриан…

Феннер взял ее за запястье и отвел ее руку:

— Хватит, вы никудышная актриса. Вам плевать, что стало с Мэриан.

Глори хихикнула, прикрыла рот ладонью, в глазах читалось изумление.

— Зря я так. Вообразите только: Мэриан убита.

Она перекатилась по кровати и зарылась лицом в подушку, трясясь от смеха.

Вдруг Феннеру пришла в голову мысль. Он прижал ее голову к подушке, а свободной рукой сдернул простыню. Все еще удерживая ее, он задрал пижамную куртку и внимательно осмотрел ее спину. На плечах и спине были синяки, но никаких рубцов, как у Мэриан. Он поправил куртку, расправил простыню и отошел.

Глори развернулась, ее глаза блестели.

— Зачем… зачем вы это сделали?

— Вы знали, что у вашей сестры вся спина в рубцах?

— Вы же все знаете, да? Мы ничего не можем с этим поделать: мы обе такие, что уж. – И она расплакалась.

Увидев слезы у нее в глазах, Феннер отошел к окну. Он чувствовал себя безмерно уставшим.

— Увидимся завтра, – сказал он и направился к выходу.

Пока он спускался по лестнице, были слышны ее всхлипы. «Я рехнусь, если в ближайшее время ничего не случится», – подумал он и пошел к ночному портье просить другой номер.

Яркий солнечный свет просочился сквозь решетчатые ставни и упал поперек кровати Феннера. Часы внизу тихо пробили десять, и он беспокойно зашевелился. На восьмом ударе он открыл глаза и крякнул. Тело так и не избавилось от усталости, голова побаливала. Он смутно осознавал, что светит солнце, и потому снова закрыл глаза. Потом, когда сознание немного прояснилось, он почувствовал какой-то запах и тяжесть в изножье кровати. Он тяжело вздохнул, и Глори захихикала. Он посмотрел на нее из-под полуопущенных век, и не до конца пробудившиеся чувства подсказали, что она очень мила. Она свернулась калачиком ближе к краю кровати, подтянула длинные ноги к подбородку и обхватила руками колени. Подбородком она уперлась в маленькую ямку между коленями и уставилась на Феннера блестящими глазами.