Книга Плохие вести от куклы, страница 64 – Джеймс Хэдли Чейз

Подходя к воде со стороны Негритянского пляжа, он увидел впереди автомобиль с включенными фарами, стоящий под уличным фонарем. Он пригляделся к машине и пошел дальше, бессознательно замедлив шаг. На почти безлюдной темной улице эта машина странно выделялась – слишком бросалась в глаза. Вдруг он нырнул в первую попавшуюся дверь, потому что заметил, как шевельнулась занавеска на заднем стекле. Ветра не было, и у него возникло неприятное чувство, что кто-то следит за тем, как он идет по улице.

В темноте стало слышно, как запускают двигатель и скрипят тормоза, потом машина медленно двинулась с места. Феннер стоял в подъезде, пока красные задние фары не исчезли за поворотом. Он задумчиво потер подбородок, потом снова вышел на тротуар.

Он не пошел вперед – просто остановился и прислушался. Было едва слышно, как визжат на поворотах шины, и губы его сложились в холодную улыбку. Машина отъехала недалеко, она возвращалась.

Он быстро перебежал дорогу и вошел в другой погруженный в темноту подъезд. Прижавшись спиной к кирпичной стене, он нащупал и выдернул из кобуры пистолет, снял предохранитель и направил дуло в звездное небо.

Машина обогнула поворот. Она набирала скорость. Из всех огней горели только габаритные, и, когда она проскользнула мимо, из боковых окон раздалась автоматная очередь.

Феннер услышал, как пули ударяются о стену с противоположной стороны улицы, где он только что был. Кто-то палил из «томпсона», и Феннер не мог не порадоваться, что перешел дорогу. Он выстрелил три раза в проезжающую мимо машину и услышал треск: обрушилось лобовое стекло. Машина дернулась, ударила в поребрик и влетела прямо в витрину.

Феннер выбежал из подъезда, проскочил по улице мимо машины и нырнул в темный переулок. Он опустился на одно колено и огляделся.

Из машины выпрыгнули трое. Один, кажется, был Рейгер. Они бросились в укрытие. Феннер поймал среднего на мушку и нажал спусковой крючок. Человек пошатнулся, размахивая руками, и рухнул на дорогу лицом вниз. К тому времени остальные двое успели метнуться к дверям. Они начали стрелять в переулок: один – из автомата, другой – из «томпсона». Феннера не беспокоил автоматчик, а вот «томпсон» изрядно ему досаждал. Пули выбивали из стен осколки кирпича, и ему пришлось отползти подальше, поскольку куски бетона вполне могли его покалечить.

Памятуя о ночи на борту яхты, Феннер отполз еще дальше. Он не хотел рисковать и словить гранату.

Кто-то крикнул:

— Лучше прячься здесь.

Он увидел, как дверь слева открылась и кто-то встал в проходе.

— Закройте дверь и спрячьтесь в укрытии, – крикнул он. – Быстрее!

Женский голос, начисто лишенный эмоций, спросил:

— Мне что, вызвать полицию?

Феннер подскочил к ней:

— Тише, сестренка: это личные разборки. Оставайся внутри, а то можешь пострадать.

Едва он умолк, как в переулке прогремел взрыв. Феннера швырнуло вперед, и женщина свалилась в узкий коридор.

Феннер перевернулся и ногой захлопнул дверь.

— Ничего себе – гранаты!

Женщина сказала дрожащим голосом:

— Еще раз вот так – и дом точно рухнет.

Феннер, пошатываясь, встал.

— Дайте пройду в переднюю комнату, – быстро сказал он и шагнул в темноту, туда, где, по его мнению, была комната, но споткнулся о женщину, все еще сидевшую на полу. Она обхватила его ноги, удерживая.