Книга Плохие вести от куклы, страница 71 – Джеймс Хэдли Чейз

Вдалеке были слышны свистки полицейских, и он убрался подальше, в другой переулок. Еще не хватало попасться копам в руки.

Когда он вышел на главную улицу, мимо медленно проехало такси. Феннер побежал, сигналя шоферу, и тот нажал на тормоза. Феннер рывком распахнул дверь и дал водителю адрес бунгало.

— Быстрее, приятель. Серьезно, давай быстрее.

Таксист нажал на газ, и такси полетело.

— Что тут происходит? – спросил он, не отрывая глаз от дороги. – Судя по звукам, настоящее побоище.

— Именно. – Феннер откинулся на сиденье. – Побоище – вы верно сказали.

Водитель высунул голову из окна и сплюнул.

— Хорошо, что я еду в другую сторону. Похоже, тут опасно.

Феннер не дал шоферу подвезти его к самому бунгало и вышел на углу, потом быстро побежал к дому. В передних комнатах горел свет, и, подойдя по короткой дугообразной дорожке, он увидел, как кто-то выходит на улицу. Он сунул руку за пазуху и высвободил пистолет из кобуры.

Услышав его шаги, мальчишка в фуражке застыл на месте, потом направился ему навстречу. Это был посыльный.

— Вы мистер Феннер?

— Я. Мне телеграмма?

Мальчик выдал ему конверт и книгу для записей. Феннер расписался.

— А я давно тут звоню, – сказал парнишка. – Свет горит, а дома никого нет.

Феннер дал ему четвертак.

— Вот так мы дурим голову грабителям, сынок.

Он подошел к дому, сунул телеграмму в карман, открыл входную дверь и зашел внутрь.

В гостиной на ковре лежал Багси с лужицей черноватой крови вокруг головы. Глаза-крыжовины были полузакрыты и невидяще смотрели на Феннера. Губы разошлись, обнажая желтые зубы в жалобно-испуганном оскале.

Феннер стоял и смотрел. Он ничего не мог сделать: Багси был давно мертв. Феннер достал пистолет и медленно вышел в коридор. Он постоял, прислушиваясь, потом прошел в спальню. В кресле с полукруглой спинкой сидел Тайлер, на лице его застыло потрясенное выражение. Изо рта на рубашку стекала струйка запекшейся крови. Взгляд остекленел.

— Ясно, ясно, – вслух сказал Феннер и оглядел комнату.

Было нетрудно понять, что произошло. Тайлер сидел лицом к двери и, может быть, разговаривал с Глори. Потом вошел кто-то, с кем он был знаком. Тайлер, надо полагать, поднял глаза, увидел, кто это, и не испугался, а тогда уже вошедший выстрелил ему в грудь.

Феннер подошел и потрогал его руку. Та остывала, но в ней все еще оставалось немного тепла.

Скрипнуло так, будто кто-то отодвинул стул. Звук донесся с кухни. Феннер замер и прислушался. Стул снова скрипнул. Феннер подошел к двери и выглянул, потом очень тихо прошел на кухню, держа пистолет наготове.

Найтингейл стоял, опираясь на спинку кухонного стула. В руке у него был тупорылый автомат, но, когда он узнал Феннера, рука повисла плетью.

— Ранен? – Что-то в позе Найтингейла заставило Феннера задать этот вопрос.

— В живот словил, – медленно сказал Найтингейл. Он начал передвигаться вокруг стула и, когда Феннер подошел помочь, сказал чуть лихорадочным тоном: – Не трогай.

Феннер отошел и смотрел, как тот садится на стул. Когда Найтингейл сел, пот заструился по его лицу.

— Держись, я вызову врача.

Найтингейл помотал головой.

— Надо поговорить, – быстро произнес он. – Ни один врач не даст мне новый живот. – Он медленно наклонился вперед, прижимая к себе руки.

— Что случилось?