Книга Она предсказала убийство, страница 6 – Аксилия Бриз

— Давайте подвезу вас, барышня, а то с таким багажом вы до Васильково и к ночи не доберётесь, – раздался вдруг позади меня мужской голос. От неожиданности я подпрыгнула и задела чемодан. Он свалился на бок, но, к счастью, не раскрылся, выплёвывая в лужу мои носки, трусы и лифчики. Однако одно колесико у него отвалилось. Я выругалась и оглянулась. Оказывается, ко мне сзади незаметно подкрался аж целый «Форд-Скорпио», ржавый внизу и страшный, как жизнь после ареста. А голос принадлежал водителю. Он вылез из автомобиля, поднял мой чемодан и, направляясь к багажнику, махнул мне, указывая на машину:

— Не бойтесь, леди, я не кусаюсь.

Мужчине было явно за пятьдесят, он был плотного телосложения, с седеющей клумбой коротких волнистых волос. Его светлая рубашка была заправлена в голубые джинсы. Я постояла, раздумывая. Может, пусть он довезёт чемодан, а я налегке дойду? Меня напрягло то, что на пассажирском месте сидел ещё один мужик.

— А как вы поняли, что я иду в Васильково? – Я вышла из ступора, но с места не двинулась.

— А куда же ещё? – усмехнулся он, открывая заднюю дверцу и делая приглашающий жест. – Следующая-то деревня только через двадцать километров.

Тогда я решилась, подняла с земли колёсико и села в машину. Мужчины представились: водителя звали Коля, а пассажира – Витя. На предплечьях Виктора я увидела татуировки в виде широких ажурных двойных полос. Татуировку на левой руке пересекал старый шрам.

Оба мужчины оказались бизнесменами, Коля – местный, здесь родился, а Витя с прошлой весны в Васильково снимает дом. Я не стала спрашивать, что у них за бизнес в деревне, но скептически оглядела ветхую обивку и посмотрела на провода, торчащие из центра приборной панели.

Водитель перехватил мой взгляд в зеркале заднего вида:

— Вообще-то у меня «Тойота-Лендкрузер», но она сейчас в ремонте. Вчера какие-то паразиты расстреляли машины из пневматики возле ночного ресторана, где мы сидели. Поймать их не успели. Теперь на тачке меняют крыло. У Витьки тоже машину повредили, – махнул головой Николай в сторону пассажира и спросил, лихо объезжая ямы: – А к кому вы идёте? Я вас сразу к дому подвезу.

Мужчина умолк в ожидании ответа. Деваться было некуда, пришлось рассказать им про злоключения с автобусом. Ну что ж, пусть поржут над тупой блондинкой.

Но никаких насмешек не последовало.

— Сейчас прикинем, – серьёзно сказал Коля, резко выкрутил руль, и мы подскочили на какой-то кочке. – Из целых домов, по-моему, все уже заняты… Так, Воробьёвы сдали дом, Красовские сдали, Сидоровы… Нет, они сами приехали на лето… Так… Печкины, Светловы, Кузякины… Вроде дом Петуховых свободен… или… Нет, они увезли окна в выходные, там не поживёшь теперь…

Пока водитель рассуждал, мы выехали из кустов, и взору открылась вечерняя деревня. Освещаемая последними мягкими солнечными лучами, она выглядела очень тёплой и приветливой, а густая листва деревьев, слегка тронутая лёгким ветерком, таинственно мерцала, отражая гаснущий свет. Зрелище захватывало дух. И ароматы тоже: в открытые окна автомобиля сразу влетели все запахи деревенской жизнедеятельности, вместе со звуками гогочущих гусей, орущих детей, лающих собак и матерящегося мужика.

Въехав в деревню, Николай сбросил скорость и, проехав пару домов, остановил машину, пропуская двух белых козочек, переходивших дорогу. Тут же откуда-то к нам подскочила бойкая бабуля лет этак прилично за шестьдесят, маленькая и круглая, в забавной розовой панамке и цветастом халате со старомодными «крылышками» вместо рукавов. От левого плеча до правого бока халат пересекала розовая сумка-«банан». Бабуля посмотрела на меня, потом на водителя, упёрла руки в бока и обвиняющим тоном сказала: