Книга Убийство в издательстве, страница 11 – Анна Дельвиг

Оттуда с черно-белой фотографии улыбался автор – мужчина средних лет, судя по всему, седой. Нос крючком, белозубая улыбка, козлиная бородка, большие глаза. Аккуратная шляпа, интеллигентный воротник.

— Что за глупый псевдоним…

— Рассказывай тут басни, – хмыкнул Петропавловский. – По паспорту он Славка Лисицын. Ну, читателям, главное, нравилось. Тридцать тысяч тиража! И у тебя в руках второе переиздание.

— Я у него другую книгу читал, – смутно вспомнил Костя. – Что-то не про горы… про море…

— «Безумно глубокое море». – Главред кивнул. – Очень долго бились над этим названием. Необходимо было по серии назвать той же конструкцией, но никак не могли придумать прилагательное. Автор тогда психанул и стал предлагать только матерные варианты. Его редактор лично ездил к нему успокаивать.

— Лично?

— Ну да, тут ведь как: либо у тебя хватает денег на мозгоправа, либо ты находишь себе редактора. А редактор – он всегда немножко психолог.

Костя еще раз взглянул на Славу Лисицына. «Такой улыбчивый», – подумалось ему. Он перевернул страницу и пробежался по тексту.

В этот момент «москвич» внезапно подрезал юркий «китаец», едва не врезавшись в бампер шедевру российского автопрома. Водитель опустил стекло и отпустил пару ласковых трехэтажных слов в адрес машинного завода имени Ленинского комсомола.

— И вашему ронину хорошего дня и удачного харакири, – отозвался Петропавловский, не удосужившись выглянуть в окно. Затем крутанул руль и спокойно обогнал «ронина».

— Вы… даже не сматерились… – удивленно выдохнул Костя.

— Ты наклейку на капоте видел? – ехидно спросил Петропавловский, поглядывая в зеркало заднего вида.

— «Восемнадцать плюс»?

— Ага. А надпись «содержит нецензурную брань» на ней заметил?

— Нет…

— То-то и оно. А без такой пометки нецензурная брань в книге запрещена. Запоминай, это тебе пригодится, когда проверять обложки будешь.

Костя восхищенно захлопал глазами. Его вновь захватило любопытство, и он гадал, как продолжить разговор, но безумно стеснялся.

Взгляд стажера упал на левую руку главного редактора: там поблескивали темно-серебристой оправой часы с огромным темным циферблатом. Когда Петропавловский крутанул руль, темный экран зажегся, и на нем отобразилась миниатюрная карта Солнечной системы.

— Ваши часы не показывают время? – удивился Костя. – Или это заставка…

— Зачем мне знать время? – хмыкнул Виктор Васильевич. – Есть вещи поважнее. А время – пусть и важный, но довольно относительный ресурс. Это я тебе как проектник отвечаю.

Костя пожевал нижнюю губу, обдумывая услышанное и не сводя глаз со странного циферблата. На картинке, между Сатурном и Юпитером, сияла маленькая красная звездочка. Оттолкнувшись от колец Сатурна, она плавно перемеcтилась к Венере.

— А… чем вообще еще занимается редактор?

— Зависит от издательства и от отдела, но в принципе… если вкратце… всем.

— Всем? – переспросил Костя, глядя на главреда во все глаза.

— Да, от выбора рукописи до контроля сдачи текста в печать. – Виктор Васильевич не сводил взгляда с дороги. – А еще подбором референсов, придумыванием странного контента, написанием продающих текстов… – Он включил поворотник и крутанул руль, оглядывая перекресток. – Ну и кто-то вроде меня иногда с полицией активно сотрудничает. Но это уже специфика моего отдела. Почти приехали, кстати.