Книга Изобретатель времени, страница 38 – Ксения Шанцева

— А Веру ты не знаешь? — спросил Виктор.

— Не знаю. Но с Иваном часто приходила девушка. Красивая такая. Она еще мужа постоянно искала. Кристина зовут.

Агата дернулась от знакомого имени.

— Кристина Цветкова? — уверенным тоном произнесла Сенья.

— Да. Все верно.

Наступила полночь.

Сенья уже набрала номер Кристины и включила громкую связь. Это была та самая подруга Агаты и Беллы.

— Человек спит. У нее вирус, — сказала Белла.

И Кристина действительно не отвечала.

— Агата, ты ей уже написала? Хотя какая разница…, — сказала Сенья.

Сенья была расстроена. Она вышла из зала и направилась в одну из комнат.

— Значит, нам нужно найти Ульяну? Она через полгода сможет вступить в наследство и получить тайное лекарство? Так? — спросил Леонид.

— Да. Иван, наверное, беспокоится, что может не проснуться. После своих экспериментов, — ответил Всеволод.

— Но почему нельзя было просто передать лекарство Ульяне?

— Видимо она не знает об этом.

— А тогда она будет соучастницей? — поинтересовался Леонид.

— Вряд ли. Но вопросы к ней конечно будут.

— Сенья…

Всеволод зашел в одну из комнат, где находился склад. Беседа за большим столом уже была закончена.

Сенья светила фонариком и пыталась что-то найти. Она будто не замечала собственные слезы.

— Сенья, я найду способ вывести на продажу твое лекарство.

Сенья молчала.

— Сенья.

Всеволод сел с ней рядом на пол.

— Агата не будет обвинять «Линдию», ведь в этом замешана ее подруга.

— Кристина уже, наверное, пытается замести следы, — сквозь слезы проговорила Сенья.

— Это не имеет значения.

Но это имело значение.

— Ты уверена? — спросила по телефону Агата.

Она говорила с Кристиной, которая чувствовала себя уже лучше.

— Да.

— Мои карты тоже мне об этом намекали…

Остальные гости усадьбы уже спали. В Академии становилось все больше и больше людей…

Сенья отложила от себя какие-то бумаги.

— Ты должен сделать выбор. Либо ты приносишь доказательства, которые уже у тебя есть, что при определенном состоянии мозга препарат «Свободиус» у ряда людей вызывает не просто сон, но и летаргический энцефалит. И тогда деятельность «Линдии» может приостановиться. Мое лекарство не поступит в производство. Котова начнут обвинять в том, что он намеренно отрицал данный диагноз у Григорьева. Еще и изменил документ какой-то пациентки… И тогда догадаются, что Котову платила фармацевтическая компания за молчание. Не на свою зарплату он зимовал на островах. Но операцию Виктору сделал именно ты… И Котов может этим воспользоваться. Обвинить тебя в преступлении, что ты изменил мозг пациента. А с Григорьевым все выставить так, что это единичный случай или совпадение! Ведь я почитала отзывы и не у всех пациентов подобная побочка на «Свободиус». Эту побочку умело можно скрыть другими препаратами. Григорьеву невозможно отменить леводопу из-за Болезни Паркинсона. Поэтому он и просыпается. Но что-то слишком много совпадений. И секретов… И либо ты ничего не говоришь. Какие-то люди уже заснули и не проснутся никогда. Тогда в продажу поступит мое лекарство. Это твой выбор. Либо те, кто заснули, либо те, кто не могут спать. Выбирай! Я тут ничего не решаю. Никто не захочет взяться за формулу той, у которой нет образования!

Всеволод взял Сенью за руку.

— Мы не можем ждать полгода, пока Ульяна получит лекарство. Если оно вообще есть. Я найду другой способ.