Книга После развода. Я выбираю её, страница 7 – Наталия Ладыгина

Уверена, что ребенок его. Нет никаких сомнений.

И теперь эта Олеся от нас не отстанет. Надо же, столько лет молчала, а теперь объявилась!

День тянется очень долго.

Но я постоянно чем-то занята. То в доме, то в саду. Это немного отвлекает.

Готовлю легкий ужин после душа.

Глеб приезжает к шести. Пораньше, как и обещал.

Встречаю его. Он сразу как обычно целует меня в щеку, улыбается. Для него все как обычно, а вот для меня совсем нет. Я в постоянном напряжении, будто близится какая-то катастрофа.

— Что ты опять грустная?

— Просто немного устала.

— Что, по дому бегала целый день? Я же просил тебя, чтобы ты себя не нагружала…

— Все хорошо. Мне так даже легче, чем просто лежать и… думать обо всем этом.

— Да о чем думать-то, Ида? — за плечи меня берет.

— Ты знаешь… Я только об этом и могу думать.

— Ты должна думать о скором выздоровлении. Вот что действительно важно.

— А то, что у тебя появился сын не важно?

Глеб тяжело вздыхает и начинает поглаживать мои плечи.

— А давай мы не будем сейчас об этом? Еще ничего неизвестно…

— Да… Пойдем тогда поужинаем. Я рыбу приготовила с овощами.

— Звучит прекрасно. Пойдем, — сам разворачивает меня и ведет в сторону кухни.

А чуть больше чем через сутки на его почту приходит уведомление, что Александр его сын. И я увидела его улыбку в этот момент… Искреннюю улыбку. Конечно, он рад. А мне теперь жить не хочется.

Не могу смотреть на эту радость на его лице.

Встаю с дивана и быстро ухожу в кухню.

— Ида… Ну куда ты пошла? — догоняет меня Глеб.

— Никуда. Делами заниматься. Домашними, — ставлю стул, который стоял криво, правильно.

— Ты на меня злишься? Злишься, что Саша оказался моим сыном? Ну я же не знал… Не знал, что он вообще есть на свете.

— Радуйся, что он есть.

— Ревнуешь к ребенку?

— Дело не в ребенке…

— А в чем же?

— А ты не понимаешь?

— Нет, — качает головой. — Не понимаю. Потому что ничего не изменилось. Для нас с тобой.

Это пока…

— Хорошо, — киваю и поджимаю губы. — Ничего не изменилось. Когда еще результаты придут?

— Те другие через пару дней. Но думаю, что все и так очевидно…

— Какая фамилия у твоей бывшей?

— Какая разница?

— Ты сказать не можешь?

— Скворцова. Она мою фамилию не брала. Мне и не принципиально было. Олеся Скворцова. Что еще ты хочешь знать?

— Хочу знать, что сегодня ты планируешь? У меня выходной, а у тебя?

— Я… хотел бы увидеться с сыном.

Хоть не лжет. Не говорит, что поедет в выходной в офис. В это я не поверила бы.

— Мм… Ясно. Уже договорился?

— Нет, собираюсь.

— И, конечно же, меня это не касается… — натянуто улыбаюсь.

— Ида, не обижайся. Но Саша меня-то толком не знает. Твое присутствие все только усложнит и…

— Не нужно со мной говорить, как у себя на работе. Таким тоном… Я прекрасно все понимаю. Да и Олеся, наверное, против.

Уверена, что она уже высказала ему свои условия общения с ребенком.

— Не было такого разговора с ней. А если бы она заикнулась, то я бы этого не принял. Я сам лично считаю, что тебе пока не стоит…

— Знаешь, да я не особо-то и горю желанием нянчиться с твоим ребенком от бывшей, — выпаливаю от обиды.

— Ида, не надо…

— Все, закроем тему, — выставляю ладонь. — Езжай к сыну, купи ему подарок… Столько лет отсутствовал. Ему, наверное, много всего надо.

Могу предположить, что эта Олеся меняла мужиков как перчатки, пытаясь тепло устроиться со своим нагулышем. Но кому нужны чужие дети? Точно не успешным и богатым. Такие могут себе и девственницу куда моложе позволить. Так, попользовали ее, и она наконец-то поняла, что пришло время связаться с отцом ребенка. Я видела, как она наш дом осматривала. Она уже все подсчитала. Хищница. Сейчас будет трясти его как яблоню. Остается только надеяться, что Глеб от радости не будет идти у нее на поводу.