Книга Ревнивый, горячий, опасный..., страница 21 – Наталия Ладыгина

Вопрос, который мучает меня уже несколько дней. Я не верила во всё это, но мое сердце задало такой ритм, что можно смело соревноваться с колибри. Моя грудь то и дело, поднималась и опускалась в такт моим шумным вздохам.

— Думаешь, он хочет меня убить? — дрожащим голосом спросила я у подруги, крепко сжимая ложку в своих руках. — К этому, ты клонишь?

— Хотел бы убить, тебя бы уже не было, — ну спасибо, что успокоила. Это логично. — Но если он тот, кто мы думаем…Он не отстанет и ты ему действительно для чего-то нужна. Именно ты. Потому что он не стал бы тратить время на девчонку, которая так яро отпирается. Он легко мог бы найти доступную, для своей цели. Это бы не заняло у него много времени. Киллер с привлекательной внешностью, явно имеет успех.

Нет, у меня сейчас голова кругом пойдет. Я заметалась по кухне как безумная. Снова вздумала грызть ногти. Чертова дурацкая привычка, а я ведь только вчера ногти в порядок привела. Повторяюсь, я не верю в это.

— Лиз, это чушь, — вымолвила я, с безумной усмешкой. — Кто тебе об этом рассказал?

— Шон Крофт, — она обошлась без предисловий. — Мы с ним сегодня по телефону разговаривали. Я так в невзначай спросила про вчерашний вечер. Он же вчера тоже там был, в баре. Разговор дошел до твоего киллера и у него кажется и вправду много имен. Теперь понятно зачем они ему, — рассказала Лиз, после чего сделала паузу. — Майк хотел уберечь нас, потому и не сказал. Я на него злюсь, на урода, но в этом он поступил правильно. Так что не говори ему об этом. Так будет лучше.

И не собиралась я говорить об этом с Майком. Он же от меня это скрыл, значит и я не обязана перед ним исповедоваться. Что касается Шона Крофта, так мне даже полегчало. Это парень с моего двора, на год старше меня, который прославился местным шутом. Выдумщик и не более того. Теперь я более чем уверена что все это — неправда.

Прошлым летом Шон услышал в нашем баре, как кто-то сказал слово "бомба" и как закричит об этом. Все испугались и выбежали на улицу, боясь что и впрямь бомбу кто-то подкинул. Но оказалось что это была шутка, и это слово было произнесено каким-то парнем как комплимент одной из девушек в баре. Это каким надо быть недоразвитым, чтобы не знать что слово "бомба" может быть произнесено в качестве чего-то грандиозного и не более того.

— Ладно, Лиз, — продолжила я спокойно заниматься разлитием чая по чашкам. — Передай Шону, что он придурок и больше не слушай его.

— Да я тоже до конца в это не верю. Может и вправду опять напридумывал. Он так и не сказал откуда он это узнал. Лишь подтверждал только на словах, — и вот она сама же в это не верит. Как же мне полегчало. — Но если это окажется правдой, то мне наверное стоит исполнить свою давнюю мечту и написать книгу. Знаешь, как она будет называться? — рассмеялась Лизбет, запрокинув голову назад от смеха.

— И как же? — усмехнулась я, ставя чашки на стол.

— Жена киллера, — грандиозно произнесла Лиз, сопровождая свои слова широченной улыбкой.

— Дурочка, — закатила я глаза. — Тогда я напишу книгу под названием " Безбашенный и истеричка " — за это она кинула в меня кусочком хлеба, что лежал неподалеку.

— Иди ты, Клопфер, — смеялась Лиз, начиная со мной бороться в шутку. Мы едва чай не разлили. — Правда, ты будь осторожнее. А то ведь, он же и заставить сможет. Если он конечно тот, кто мы думаем. Такие люди обычно хладнокровные, но будешь доставать и упрямиться, пристрелит на хрен, — опять она за свое. — Психанет и скажет — "не будешь моей, значит не будешь ничьей", — произнесла она это так, будто стоит на сцене театра и исполняет роль.