Книга Его голод, страница 11 – Наталия Ладыгина

Не думала, что смогу заснуть, но после непрерывного плача длинной в полчаса — я просто отрубилась без сил.

Стоило мне только приоткрыть веки на утро, как я рывком сорвала с себя одеяло и взглянула в сторону двери.

Комод все еще оборонял проход ко мне. В комнате было светло и спокойно. Но все это, черт возьми, только видимость. Иллюзия. Я в плену своих страхов. В плену своего отчима. Я в ловушке. Еще чуть-чуть, и может случиться то, после чего я и впрямь не захочу жить.

Может, зря мне тогда повстречался Аррон. Не нужно было меня спасать…

Черт, что я несу? Грех так думать. Грех желать себе смерти. Особенно в канун Рождества.

Умыв свое немного припухшее от слез лицо и переодевшись, я решилась выйти на разведку. Хотелось есть, а еще я очень надеялась, что его уже нет дома.

Так и было. Он уехал в свой офис, а мне оставил записку на кухне. А еще… цветы.

Бегло прочла мерзость на клочке бумаги:

«Прости меня, Эрика. Я был ужасен. Напугал тебя. Больше этого не повторится. Вернусь к восьми. Не бойся меня и не прячься. Лучше подумай о том, чтобы смириться и довериться мне».

Со свежими слезами на глазах сжала листок бумаги и выбросила его в мусорку. Следом за фальшивыми извинениями туда полетели и цветы, купленные им.

Кто-то скажет, что цветы здесь ни при чем, но я не могу иначе. Это все, что я пока могу сделать, чтобы хоть как-то отвергать эту мразь. Мне ничего не нужно от него.

Поела с нервами, но аппетит у меня был. Мне определенно нужны силы, чтобы бороться с ним.

Как назло не дозвонилась не до одной из своих подруг. Правильно, у всех свои семьи, парни, только у меня такая дрянь происходит перед самым Рождеством. Мне казалось, что после прошлого года уже ничего хуже быть не может.

Недолго думая, побродив по гостиной, заметила, что перед самым Рождеством в доме не стоит самого главного. Прекрасного дерева, которое было легко раздобыть. Буквально за углом можно купить любую елку, любого размера.

У меня были деньги, но была проблема, с которой я столкнулась после покупки. Ее нужно было тащить самой.

— Я справлюсь, — пыхтя держала елку у корня, а ее конец тем временем волочился по снегу.

Притащила елку в гостиную, поставила у окна, а потом еще и уборку навела. Намусорила очень, пока тащила ее. Пришлось пропылесосить, но а после, когда приготовила горячий шоколад, то началось самое приятное. Наряжала елку, как когда-то делала это с мамой. Вспоминала только те года, когда мы делали это вдвоем. Без Картера.

Получилось довольно неплохо. Гирлянда была развешана равномерно, а с игрушками без перебора. Получилось очень даже эстетично.

Ужин у меня был в своей комнате. Не рисковала оставаться внизу после шести. Не хотела сталкиваться с ним и нарываться, ведь я обязательно бы сказала то, что ему бы не понравилось.

Но Картер не вернулся домой ни в шесть, ни в семь, и даже к полуночи его не было.

На всякий случай подвинула комод к двери перед сном, и только потом мирно уснула у себя в постели.

Утром поняла, что он и не возвращался. Все было на своих местах. Никаких следов у входа. Не то чтобы я беспокоилась за него, но это было странно.

На домашний постоянно звонили и спрашивали с работы, — где он. А мне нечего было им ответить. Сама я никому не звонила, чтобы что-то узнать о нем. Должно быть, сорвался в срочную командировку в другой штат, не предупредив своих помощников. Странно только, что он мне ни разу не позвонил.