Книга Бывшая жена. (не) начнем сначала, страница 112 – Наталия Ладыгина

— Хорошо, — кивает он, давая ответ, от которого мое сердце сжимает невыносимой болью, что я с трудом не кривлю лицо. Все это причиняет мне физическую боль. — Только ответь мне честно. И через пять минут меня здесь не будет. Это сделает тебя счастливой? Если я уйду? Ты свободно выдохнешь? Потому что все эти полгода я старался не только ради детей, но и ради тебя. Я не пытался получить твое прощение. Я просто хотел, чтобы ты была счастлива. Безвозмездно. Так скажи… ты будешь счастлива? — с горечью.

Меня кидает в жар, а голова начинает сильно кружиться.

Вместо того, чтобы дать ему ответ, пусть и на все сто процентов лживый, я молчу. Не могу выдавить его из себя. Это сильнее меня. Я и так завралась.

— Я жду ответ, — спокойно произносит Космос, а я рвано выдыхаю, качая головой отрицательно. Он и так уже все в глазах моих увидел.

— Нет… Я не буду счастлива. Я вообще уже не буду счастлива! Потому что ты сломал мне жизнь! Ты все во мне сломал! Все! Это уже невосполнимо! Я больше никогда и никого из-за тебя любить не смогу! — почти кричу ему в лицо в обвинительном тоне.

На что он моментально реагирует... как мне того хотелось на самом деле.

За лицо берет двумя руками и крепко целует, припирая к столешнице.

Я ногтями впиваюсь в его предплечья через рубашку, но не пытаюсь оторвать его от себя.

Ноги становятся ватными, внутри словно что-то переворачивается. Я задыхаюсь, но не пытаюсь разорвать поцелуй, напротив, я делаю все для того, чтобы он не останавливался.

— Я тоже… — выдыхает мне шумно в губы, давая мне сделать глоток воздуха. — Я тоже не могу любить никого кроме тебя.

— Врешь... — тяну я, но оттолкнуть его все равно себя заставить не могу.

И он целует снова, не став спорить со мной. Впивается в губы, как безумный, забираясь руками под праздничное платье, поднимая его вверх и сжимая обнаженные бедра. Мое тело отзывается, остро реагирует, в тело словно иголки вонзаются, а из груди вырывается стон.

Напряжение становится просто невыносимым, и я тянусь руками к его ремню, судорожно расстегиваю его и вынимаю полы белоснежной рубашки из брюк.

— Наверх пойдем, — хочет подхватить меня.

— Нет. Девочки могут еще не спать, ходить друг к другу...

Он все равно отрывает меня от столешницы, подхватывает на руки и быстро несет куда-то из кухни. В гостиную заносит и, аккуратно опустив на ближайший диван, снимает с меня туфли, отбрасывая их на ковер. Разводит своим коленом мне ноги и накрывает меня собой. Набрасывается на мои губы с новой силой, дерзко и глубоко проникает горячим языком мне в рот, в конец отбрасывая мои сомнения насчет того, что я этого хочу. Сколько еще я могла от него бегать?

И тут я слышу щелчок. Странный щелчок. И он тоже, раз отрывается от меня. Мы оба поворачиваем головы в одну сторону и видим...

— Ну привет, дорогой, — звучит вкрадчиво.

Несмотря на полумрак, я могу хорошо разглядеть стерву, проникшую в наш дом. В ее руках пистолет, который она уверена держит в правой руке и жутко ухмыляется.

Космос медленно поднимается с меня.

— Спокойно... — просит он свою бывшую, вставая. Я тоже спускаю ноги с дивана и одергиваю платье. — Нера, не шевелись, — и медленно двигается левее, закрывая меня собой. — Что ты хочешь?