Книга Бывшая жена. (не) начнем сначала, страница 68 – Наталия Ладыгина

Ночь прошла почти без сна.

Не могла я спокойно спать, пока поблизости, буквально за стеной — Он. От понимания, что я все еще испытываю к нему чувства, меня бросало всю ночь с одной стороны постели на другую. Я страдала. Сильно.

Встала с красными глазами и кругами под ними. Кое-как смогла замаскировать, чтобы не так страшно было.

Сейчас готовлю завтрак с мыслями о том, как я вернусь в прошлое. Дрожь пробирает. То еще испытание меня ждет.

Мама узнает, подруги… Такое начнется...

Космос не сказал, как все провернет, не вдавался в детали. Просто попросил дать ему время.

Он что-то задумал в отношении Василисы. Видимо, он хочет пойти не совсем законным путем. Ему это не впервой.

Да пусть делает, что нужно. Лишний день Васи с этими извергами — для меня пытка. Для нее тем более. Мне все равно как. Лишь бы быстрее.

— Я помню ты раньше готовила такие блины, — говорит Варя. Она сейчас единственная со мной в кухне. Космос спустился вниз, чтобы принести чемодан с одеждой. Максимка в гостиной.

— А кашу помнишь? — усмехаюсь. — Которую ты не любила…

— Я и сейчас кашу не люблю. Но твоя была вкуснее. Не то что та, которую готовила Маша… — кривит губы Варя, макая кончик блина в вишневый джем.

Маша?

Кто это?

— Кто такая Маша?

— Она у нас работала. Она постоянно лезла ко мне. Заходила в мою комнату, когда я ей запрещала. Папа ее наконец-то выгнал.

— Прямо выгнал?

— Да. Она хотела быть моей мамой.

Вот оно что…

Это она и есть? Та самая женщина, которая скрашивала его одиночество?

Горничная и по совместительству любовница.

Не мое дело это… Но едва сдерживаюсь от того, чтобы скривить лицо подобно Варе.

Неприятно. Сильно неприятно. И это естественно.

— Хм… Так и сказала, что мамой хочет твоей быть?

— Да, сказала. Ну… если прямо как она сказала: «Варя, нам придется наладить наши отношения, потому что ты, твой папа и я — мы семья», — изображает Варя женщину.

Значит, у этой Маши были далеко идущие планы. Только у Космоса точно не было таких планов. Он избавился от бедняжки, когда та стала слишком явно показывать свои желания.

— Мам, папа ее не любит, — добавляет Варя. — Папа любит тебя. Он очень скучал. Он думал, что ты умерла… — вздыхает. — Я тоже, но не хотела, чтобы у меня была другая мама.

Губы трогает улыбка, слезы давят на горло, пока я сосредоточенно смотрю на повзрослевшую Варвару, во взгляде которой столько смысла.

Боже… Что же мне теперь делать?

— Не переживай… — трогаю девочку за плечо. — Ты ни в чем не виновата. Что было… то было.

— Я не знаю, почему тогда себя так вела… — говорит Варя. — Папа говорит, что я просто была маленькая. Он всегда так говорит.

— Ты была маленькой, — киваю. — А сейчас ты все понимаешь. Я давно тебя простила. Не вспоминай.

Варвара расплывается в улыбке и продолжает лопать свой блин.

Слышим, как хлопает дверь. Вернулся.

— Папа сказал мне вчера перед сном, что мы должны сегодня улететь. Но мы ведь полетим вместе, да? Ты и Максим тоже?

Видимо, ее отец не набрался смелости сказать, что этого не будет.

— Варь, я теперь живу здесь с Максимом. А ты с папой… в Москве. Ты ведь большая девочка, уже догадалась, что у меня с твоим папой стали не очень хорошие отношения.

— Но это неправильно. Мы должны жить все вместе, — настаивает Варя.

Поджав губы, я складываю кухонное полотенце, пытаясь придумать что-нибудь помягче, чтобы Варя могла понять. Но нет. Она ничего не поймет. Ей нужно, чтобы ее родители были вместе. И точка.