Книга Развод. Фальшивая семья, страница 23 – Наталия Ладыгина

Кос думает некоторое время, а потом все же кивает.

— Конечно… Я знал, что ты попросишь.

Ни слова больше не говоря, я обхожу Коса и выхожу из комнаты. Отправляюсь в гостевую, закрывшись в которой, начинаю реветь. Рыдания разрывают мою грудь, все тело трясет до боли. На колени опускаюсь посреди комнаты, сгибаюсь как от сильного болевого спазма. На бок падаю и, хватая губами воздух, пытаюсь сдержать дикий крик.

* * *

Проснувшись в пять утра на полу, я встаю, морщась от боли, и отправляюсь вниз.

Делаю себе чашку кофе. Выхожу с ней в сад, в беседке сажусь. Из нее почти безотрывно смотрю в окно спальни.

Готова прямо сейчас пойти его будить. Мне не терпится увидеть могилу дочери. Хочу положить на нее цветы. Побыть там. Поплакать. Я обязана. Должна. И я хочу.

И в то же время я жду результатов теста…

Но это только ради подтверждения. На самом деле я верю, что Варя не моя дочь.

Сегодня у меня будет тяжелый день.

Сначала на могилу дочери, потом к свекрови съезжу, узнаю, что ей известно, ну а после на встречу с Дариной отправлюсь.

Слышу шаги по тропинке. Поднимаюсь с лавочки и выхожу из беседки. Несколько шагов, и мы встречаемся взглядами.

— Меня ищешь? — спрашиваю, делая еще глоток кофе.

— Тебя.

— Не спится? Значит, совесть у тебя все-таки какая-то есть остаточная, — смотрю на него с пренебрежением. Ненавижу его. Можно ли ненавидеть и любить одновременно? О да. Худший микс. — Раз уж ты проснулся… то мы можем ехать?

— Можем. А Варя…

— Она уже большая девочка. Урок в музыкальной школе у нее не скоро. Вернемся — она еще спать, думаю, будет.

— Тогда собирайся.

— Сначала кое-что скажи мне. Ты сам-то, зная, что твоя дочь умерла, часто ее навещаешь?

Врасплох его застала этим вопросом. Да, он все сделал, чтобы забыть о нашем ребенке. Он все последние десять лет жизни лелеял частичку Дарины. А я прислуга и воспитательница для этой частички.

— Так я и думала, — хмыкаю. — Для тебя так все удачно сложилось. Для Рины твоей. Просто фантастика, — растягиваю губы в фальшивой улыбке и, обойдя его, быстро иду к дому.

Маргарита…

Я хотела назвать дочь Варварой. Кос сразу согласился, но я помню о его желании назвать дочь Маргаритой. И он назвал…

Могилка ухоженная. Оградка. Не стандартное изящное надгробие, на котором высечена та роковая дата.

Сглатываю снова и снова, чуть покачиваясь из стороны в сторону.

Господи-Боже…

— Ты назвал ее Ритой… — не своим голосом произношу я, стоя рядом с ним.

— Назвал. Ты же знаешь, я в честь бабушки хотел дочь назвать.

Помню такое. Не то чтобы мне не нравилось это имя. Просто мне очень нравилось имя Варвара. Я предложила следом после его варианта, и он одобрил. Имя, которым я хотела назвать своего ребенка — досталось дочери любовницы моего мужа.

— Здесь… хорошо.

Молодая, пушистая береза рядом растет.

Невольно перевожу взгляд на свободное место рядом справа от могилы.

Кос молчит, стоя рядом со мной неподвижно. Уже минуты три молчим.

— Я должна была оказаться здесь гораздо раньше. Ты меня лишил этого… Я должна была оплакать своего ребенка. Ты твердишь, что ради меня это сделал, но нет… — горько усмехаюсь. — Ты просто боялся, что в таком случае я не приму твою дочь от Дарины. Ты все рассчитал… — цежу сквозь зубы.

— Не здесь, Нера.

— Можно подумать, ты очень горюешь.