Книга Развод. Фальшивая семья, страница 38 – Наталия Ладыгина

— Это что, твою мать, такое⁈ — взмахиваю рукой в сторону дома, от которого идет жар даже с такого расстояния. — Как ты смог такое допустить⁈

— Все случилось внезапно. Дом вспыхнул как коробка спичек! Это все она…

— Что⁈

То, как Игорь на меня смотрит, заставляет меня непроизвольно задрожать всем телом. Я эту дрожь давно не испытывал. Всего лишь однажды. В тот роковой день.

Венера… Нет… Она не может быть там…

— Венера Андреевна. Кто же еще?.. Она намеренно подожгла дом. Взяла, наверное, бензин из гаража. А потом закрыла все окна и двери, чтобы мы не могли быстро войти и спасти ее. Мы бы добрались до нее, но огонь распространился очень быстро… Она знала, что делает, и не хотела быть спасенной.

Венера

— Отдышись, — произносит Алексей, садясь на водительское место. Он только что уложил мои вещи в багажник. — За тобой никто не гонится.

— Пожалуйста, давай поскорее уедем отсюда… — нервно выдыхаю.

— Конечно. Пристегнись только.

— А, да… — судорожно накидываю на себе ремень и, вжавшись в спинку сиденья, зажмуриваю глаза.

Страх сдавливает горло, тело бьет дрожь. Я сотворила такое… Все правильно я сделала. Я не могла там оставаться. И просто сбежать я не могла.

Алексей заводит машину, выезжает на дорогу и быстро едет прочь отсюда подальше.

— Все получилось? — спрашивает.

— Если бы нет, то я бы не пришла. Я сделала все так, как ты мне сказал. Но все равно… все равно боюсь, что это не сработает. Что все вскроется…

— Все сработает. Я же тебе обещал. Твое тело найдут, а экспертиза подтвердит, что это ты. Он все это съест.

Да, если так, то он поверил. Такой аферы он от меня точно не ожидает. Про Алексея он уже совсем и не помнит. Когда-то он запретил мне с ним общаться.

Я забрала все свои украшения, ведь все равно бы сгорели. В сейф залезала. Там было четырнадцать миллионов рублей, пистолет и целая гора документов. Я взяла три миллиона. Не знаю, испортится ли бумага в нем, огнестокий ли он, поэтому не стала рисковать брать больше. Если он и откроет сейф, а в нем все будет цело, то пропажи трех миллионов он не заметит. У него проблемы побольше будут, чтобы думать об этом.

Свои личные сбережения у меня есть, но все же они малы для начала новой жизни далеко отсюда. А мне ребенка скоро рожать. Кроме того, он мне должен. Я копейки взяла. Уходила бы одна — не стала бы брать. Вещей взяла минимум. Только на первое время.

Заехав в город, Алексей сворачивает в первый попавшийся двор. Здесь тихо, спокойно. Можно остановиться и поговорить.

— Ты что, плачешь? Пожалела?.. — спрашивает Алексей.

— Нет… — растираю слезы по лицу. — Это ничего… Это нормально в такой ситуации…

Я только что похоронила десять лет своей жизни.

— Еще не поздно передумать. Знаешь, это ему тоже уроком будет.

Да… Он слишком любит свой дом. И я его любила. Но в нем все десять лет жила ложь. Мне эти стены ничуть не жаль.

— Я не передумала. Дело ведь не только в наказании. Я должна уйти от него, и так, чтобы он больше не трогал меня — я должна умереть. Должна, Леш.

Не стану я ему про свою беременность говорить. Он сам дважды отец. Вдруг он возьмет и отменит свое решение, посчитав, что так правильно.

— А как же твоя мама? Ты ей скажешь?

Это самое больное для меня, не считая дочери, которая отвернулась от меня.