Книга Мама для Его дочери, страница 48 – Наталия Ладыгина

— Да?! Ура! Это здорово! И что мы будем делать?! — Полина загорается, в ее глазах тысяча идей.

— Сегодня ничего. Устине нужно отдохнуть. А завтра… завтра мы что-нибудь придумаем.

— Я не против и сегодня чем-нибудь заняться, — ободряю девочку.

— Да?! Тогда у меня есть идея! — вскакивает с дивана. — Я скоро! Не уходи!

Девочка убегает, взмахивая своими золотистыми волосами. Никто их не заплетает. А из такой шевелюры можно такие красивые прически делать. Думаю, я этим обязательно займусь, если Полина мне позволит.

Пригубила чашку с чаем, глядя на Мирослава. Его пронизывающий, вперемешку с некой грустью взгляд, трудно было разгадать. Он будто сочувствовал мне, но в то же время укорял. Конечно, он все еще был в обиде на меня за утренний побег.

— Хочешь принять душ?

— Нет… Я сегодня уже мылась. Утром.

Сказала это, и взгляд у Мирослава сию секунду потемнел. Он явно что-то подумал, нахмурившись. То, о чем умолчал.

— Когда закончишь пить чай, покажу тебе комнату, где ты будешь спать, — произнес довольно сухо, закинув ногу на ногу. — Там только застелить постель нужно будет.

— Это без проблем, — киваю и отпиваю еще глоток чая.

Александр

— Дура! Идиотка! — ору на эту овцу, замахиваясь на нее. — Зачем ты это сделала?! Зачем?! Я же сказал, что буду помогать тебе! Сказал ведь!

— Мне такого не надо! — кричит Дина. — Я не собиралась все это скрывать от нее! Ты сам… сам это начал.

— Сам, да?

— Ты тогда сам ко мне пришел…

— Это ты предложила мне себя! — указываю на нее пальцем.

— А ты не отказался! — раскинула она руками. — Приходил снова, снова и снова. Не так уж тебе было хорошо с ней, раз ты ко мне бегал. Почему ты отрицаешь это?

Я… я был зон на нее. На Устину. И да, я изменял ей из раза в раз, но при этом всегда хотел к ней возвращаться. Мне просто… просто нужно было чем-то отвлечься. Я собирался это прекратить. Честно, собирался.

— Я ее люблю, понимаешь?

— Любишь?! Ты был со мной! Не изменяют тем, кого любят!

— Бред… Нет ни одного мужика, который не изменил своей жене. Я не исключение.

— Да очнись ты! Она тебя никогда за это не простит! Да ты сам своими глазами видел, что она уже не одна. Она мне рассказала об измене тебе. Это явно был он. Иначе бы он не стал тебе говорить того, что ты услышал. Он угрожал тебе. Ради абы кого так не распинываются.

— Да заткнись ты! Ай, черт… — сажусь обратно на стул и беру полотенце со льдом.

Мне плевать… Я все равно ее достану. Она вернется домой. Как миленькая вернется. На что угодно пойду, но так и будет. И больше я своих ошибок не совершу.

Устина

Мирослав выделил мне комнату в правом крыле дома. Здесь было все необходимое. Постель он велел мне взять в шкафу. Сейчас, перед сном, я заправляла ее. Я все же приняла ванну, чтобы чисто расслабиться. И это помогло. Сейчас меня просто нереально клонило в сон.

Раздается короткий стук в дверь.

— Да?..

Я думала это Полиночка. Мы очень здорово провели с ней сегодняшний день. Она учила меня рисовать, а я плела ей косы. Думала, прибежала пожелать мне спокойной ночи, а это Мирослав.

— Все хорошо? — спросил он меня, входя. — Может, тебе чего-то не хватает? — закрыл за собой дверь и встал неподелеку, скрестив руки на груди.

Он так смотрит на меня, будто боится лишнее сказать. Сдерживает себя. Целый день сегодня такой. Больше не напирает. Наверное, боится, что я снова вздумаю сбежать. Только некуда мне. Да и не хочу я. До рабочей недели еще далеко, а здесь мне очень даже неплохо.