Книга В жены поневоле, страница 40 – Наталия Ладыгина

— Не трогай меня больше… — пытаюсь сорвать его руки со своей талии.

— Буду трогать, когда захочу, — и сильнее впил в меня пальцы. — Несмотря на твое поведение… я все равно ни о чем не жалею. Хочу теперь только тебя.

— Я думала, что ты хотел поговорить со мной… — перестаю дергаться. Чем больше я буду сопротивляться, тем рьянее он будет доказывать свои права на меня.

— Хотел…

— Так говори.

— Признай, что тебе было хорошо со мной.

— А если я не признаю?..

— Тогда я не успокоюсь, пока не доставлю тебе удовольствие.

В страхе я дернулась в его руках.

Чертов шантажист.

— Ну же, Уля, скажи…

— Да… — сглотнула. — Было в этом и приятное… — и я не солгала. — Но…

— Без «но», — рывком разворачивает меня к себе лицом и по-прежнему удерживает у столешницы. — Я не могу отказаться от этого, — тогда я поднимаю взгляд на его лицо. — Мы сделаем это, как только ты будешь готова. Моих чувств к тебе это не будет касаться.

— Значит, ты признаешь, что лгал мне, когда говорил, что можешь отказаться от этого ради меня? — гляжу исподлобья.

— Если бы мог… то даже не сомневайся.

Сплошная ложь.

— Пусти меня! Пусти! Пусти! — вырываюсь с криками, а он обнимает меня. — Отпусти, говорю! — колочу его по плечам, но он только сильнее сжимает меня всю, чуть ли не до хруста костей.

— Успокойся…

— Нет!

— Я сказал, успокойся! — отрывает меня от себя за плечи и смотрит в глаза. — Ты и я — станем свободными, когда покончим с этим.

Свободными?.. Можно подумать, что он испытывает хоть какие-то неудобства.

— Может, скажешь прямо, что ты имеешь в виду? Чего еще ты мне не говоришь?

— Я бы предпочел, чтобы о некоторых вещах ты никогда не узнала.

— А ты не думаешь, что это хоть как-то изменило бы мое отношение к тебе?

— Не изменило бы. Изменить все может другое, — берет ладонями мое лицо. — Твое доверие.

— Как я могу доверять тебе, когда ты все это делаешь со мной? — шиплю.

— Ульяна…

— Ты же знаешь, что я не люблю тебя.

— Полюбишь, — хмурит брови.

Кирилл верил, что моя любовь к нему возможна, и последние два дня он только и делал, что пытался меня в этом убедить.

Мы спали вместе. Был секс. Снова, снова и снова… И каждый раз все выходило из-под контроля с моей стороны. Мне нравилось с ним этим заниматься, и я показывала ему это. Очень явно. Я даже позволяла ему себя обнимать после, чем и усыпила его бдительность. Кирилл больше не наблюдал за мной взглядом зверя. Он, похоже, решил, что я смирилась с ролью его жены. Совершенно не подозревал, что близится час нашего расставания.

Настал день «Х». Меня откровенно трясло с самого утра. Я не знала, что делать, как сбежать сегодня в тот клуб к девяти…

Сейчас мы сидели в ресторане. Ужинали. Он предложил поехать, а я согласилась. Сегодня я не могла отказать ему ни в чем. Даже надела платье из шкафа, которое он хотел. Красное. С открытыми плечами. Похоже, ему нравится щекотать себе нервы и понимать, что все смотрят на меня. Выставляет меня напоказ, как свою личную, неприкосновенную вещь.

— Ты очень красивая.

— Ты говорил, — отпила глоток из бокала. — Спасибо за ужин, — отвечала довольно сухо, а из головы никак не могла выбросить картинки того, как сбегаю от него.

— Не благодари.

Будучи на жутких нервах, я не могла перестать непроизвольно дергаться. Мне нужно быть на месте встречи уже через три часа, а в комнате меня ждет спрятанная мною сумка.