Книга В жены поневоле, страница 86 – Наталия Ладыгина

— А вы хотите…

— Я хочу половину.

— Вы даже не знаете, что там в нем… в этом наследстве.

— А это неважно. Я не разочаруюсь в любом случае. Я просто хочу восстановить справедливость. А ты… ты ни при чем. Я не желаю тебе зла. Когда все состоится, то ты вернешься к прежней жизни. Со своей дочерью и Кириллом.

У его отца есть возможность открыть наследство, у Кирилла сейчас есть наша дочь, а у Дмитрия есть я. Все складывается. У каждого есть по элементу мозаики.

— Я не могу провести здесь три года! Моя дочь…

— Твоя дочь будет в порядке. Она с Кириллом. Уже два дня прошло. У меня была возможность выяснить, что твоя дочь в безопасности и находится рядом с отцом.

Два дня?! Уже два дня! Да он там с ума сходит.

— Кирилл найдет меня… Обязательно найдет.

— У него нет причин тебя разыскивать, дорогая.

— Ч-что?.. — приподнимаюсь выше на постели, ощущая острую боль в боку. — Что вы сказали?..

— Он думает, что ты мертва, и сейчас лучшее, что он может сделать — заботиться о вашей дочери. Когда придет время… он узнает о тебе.

Кирилл

— Клянусь, это не я! Я бы не прислал головорезов в дом своего сына! Это низко даже для меня! — с пеной у рта оправдывался отец.

Я знал, что это не он. Он и впрямь не мог пойти на такое. Это по крайней мере не в его интересах. Я здесь соверешенно по другой причине.

— Я здесь не за этим, — прохожу дальше по его кабинету. Мама тут неподалеку, с ужасом глядит на меня. — Но все же ты имеешь к этому отношение.

— О чем ты?..

— Кирилл, ты ужасно выглядишь, — встревает мать. — Ты хоть спишь? Ты можешь заботиться о Арише в таком состоянии?

Она сейчас с моим старшим братом. Я решил, что могу доверять ему и Наде, пока разыскиваю Ульяну. Моей дочери сейчас не лучше со мной. И это факт.

— Моя дочь — не ваша забота, — прорычал я. — И не встревай, когда я говорю с отцом. Это кто-то из твоих врагов, — указываю пальцем на отца. — Больше некому!

— Что? Это чушь, Кирилл! Никто из моих недоброжелателей не посмел бы выкинуть подобное и…

Я не даю договорить ему. Молниеносно подхожу к его столу и ударяю по нему кулаком. Мать взвизгивает.

— А не пошло бы к черту твое мнение о себе, а?! Хватит тут гнуть из себя! Я уверен, что ноги растут именно из твоих косяков перед кем-то! Я хочу, что ты озвучил имена всех!

— У меня нет таких врагов, Кирилл!

— Что у вас тут творится? — слышу брата, который вошел в кабинет. Увидел меня и замер.

— Выйди вон! — рявкнул на него отец. — Тебя сюда не звали, — надо же, как неожиданно. Решил спровадить своего верного щенка. В первый раз в жизни голос на него повысил кажется.

Матвея как ветром сдуло. Мать следом за ним удалилась.

— Кирилл, я даже не могу представить у кого хватило бы на такое смелости. Я серьезно.

— Ты понимаешь, что она сейчас у них?! Понимаешь ты это?! Вспоминай! Загляни поглубже в свою память! Не в ближайшие десять лет! А дальше!

— Полиция сделала выводы…

— Она жива! — заорал я. — Кровь была не ее. Только совсем немного ее крови было там. И они забрали ее. Будь она мертва, они бы оставили ее как есть. На какой черт она им мертвая?!

— Без понятия… Хорошо бы, если бы ты был прав, — кивает отец. — Я… — обхватывает он голову руками. — Я не представляю, кто это может быть. Может, тебе кто-то мстит?..

— Я не шагал ни по чьим головам. Это кто-то мстит тебе, или всем нам.