Книга Курортный шантаж, страница 45 – Мира Амирова

— Шить! — Выкрикнула, краснея от ушей до пят. — Шить умеет, а вы что подумали? Мы до свадьбы ни-ни.

Так, яростно защищала потерянную в считанную минуты честь, что аж плеваться чуть не начала, Ветров остановил, поцеловав с мягким хохотом в макушку. Будто все батарейки враз вынули, повисла на крепких руках, опираясь на его каменную грудь спиной.

Гейм овер, мы не прошли?

— В следующий раз говори «наш» или «наша». — Вот почему он меня щипал. Мурашки пошли от такой проникновенности. — Главное в паре «мы».

Пока нежилась в объятиях бабка, глядя на нашу идиллию, наконец, решилась выставить условия для спора:

— Починишь мне канализационную трубу.

Переглянулись с Вадимом, одним лишь взглядом, выражая радость и ненаигранное счастье. Мы снова в игре!

Не у меня одной в голове мысленно исчезали сердечки от каждого неверного поступка. Уступка бабули ощущалась как возрождение с пополнением всех жизненных сил до максимума. Ох, что-то меня понесло.

— Тебе её на той неделе меняли. — Возразила «пчёлка» с усиками. Ободок смешно нависал над глазами, что не давал сфокусировать взгляд на скептически настроенном выражении лица. — Разве что-то прохудилось?

— Так, то была водосточная или сливная. — Отмахивалась от всезнающей егозы старушка. Явно пенсионерка что-то задумала. Ох и несладко придётся Вадиму, если тот проиграет. — Уличная, в общем, а мне в доме надо. Ленка, не лезь.

И если одна умолкла, так и, не произнеся вопроса, закрыв рот, словно рыба, то вторая подруга «пчёлки» не собиралась так оставлять интересующий их обеих момент:

— А в чём различия?

Вадим закатил глаза и осторожно подхватил за руку спорщицу:

— Идёт. Согласен. — Твёрдо произнёс Ветров, чтобы все услышали. Повернулся ко мне и ласково попросил. — Любимая, разбей.

Аккуратно махнула рукой рядом со сжатыми ладонями. Вадим удовлетворённо кивнул и развернулся к мишеням. Теперь помимо того, чтобы лопнуть необходимые пять, он собрался чуть ли не всё прикончить. По взгляду и насупленным бровям был ясен настрой.

— Воронина, у вас тут катализатор, что ль? — Снова прервал нас голос, на этот раз мужской.

Дедулечка высокий, но щуплый в рубашке и жёлтой жилетке сверху полюбопытствовать зашёл. Хозяйки аттракциона поморщились и шикнули на своего знакомого:

— Иди дальше, свои яблоки гнилые продавай!

— Не мешай, тут городские отжигают.

Прогоняли бедного мужчинку. Тот скромно поправил кепку на седых прядях. На какое-то время завис, будто осмысливая ранее сказанные слова. И как в замедленной съёмке удивился и оскорбился до глубины души, схватившись за сердце.

— Чегой-то они гнилые! — Обиженно фыркнул и обратился к нам, поймав мой заинтересованный взгляд. Схватил бы за руку, да Вадим не дал. Ловко увернулся, вставая между нами с дедушкой. — Не слушайте Зойку! Эта фифа посрывала со своей стороны самые кислые ещё недозрелые вот и талдычит, чёрт ведает что.

Начался шум-гам, который сильно мешал. Ветров стоял весь напряжённый, как тетива, и ждал момент, высчитывал в уме, я уверена. Нужный угол, скорость падения, вес дротика в целом и его калибровку до кучи под шумок произвёл. Не всё успел настроить под себя, старушка-спорщица вмешалась гаркнув:

— Савелич, не тарахти под ухо.

Казалось бы, наступила долгожданная тишина, да не тут-то было. Ещё одна участница разговора появилась из-за спины дедка. Вся в красном в отличие от коллег по палаткам.