Книга Брак с гарантией, страница 126 – Янка Рам

Дома заплаканная Саша. Тоже не спит.

— Нет... – коротко отвечает он на ее вопрошающий с надеждой взгляд, заходит в душ, хлопая дверью.

А меня не хватает на душ. Меня хватает только дать корм Андрюше, спустить с себя одежду и упасть лицом вниз на кровать.

И лучше не думать, где сейчас дети.

— Поешь, – слышу голос Саши.

— Не хочу.

Чувствую, как падает рядом. Сгребает меня.

— Нет! Убирайся! – взвиваюсь я, шипя на него. – Уходи! Ты не будешь со мной спать!

— А с кем я, по твоему, буду спать?!

— Вон отсюда! – вырываясь, кусаю его за руку.

— Ирина, блять! Ромашки попей, психованная! И спать!

В пару движений со злостью сминает мой бунт, спеленав меня одеялом. И заткнув мой рот ладонью, словно мгновенно уснув, сопит мне сзади в шею.

Несколько раз дернувшись, обессиленно замираю.

И во сне я даже рада, что мой бунт подавлен. Потому что его сильные руки это хоть какая-то опора для меня сейчас в этом мире. Хоть какая-то...

Утром распахиваю глаза от подкатившей панической атаки.

"Дети!" – вспоминает моё тело.

Всё ломит. Выбираюсь из его рук. И в трусах, футболке иду растерянно на кухню, отмечая, что Иваныча давно нет...

Саша уже тоже не спит.

Окидывает меня презрительным взглядом.

— А я не для тебя готовлю, понятно?! – с ненавистью.

— В смысле?

— Не надо таскать мою еду! Свою готовь! – с грохотом бросает пустую сковороду в раковину.

В недоумении хлопаю глазами. Вчера там были котлеты...

— Я не брала.

— Ну да. Испарились!

Та-а-ак!...

Я не брала, Север отказался... Андрюша эту крышку пока что не поднимет. А если поднимет, то обратно не закроет.

Ах, кто же этот котлетный вор, м?!

Раскрывая створки шкафа, хватаю сверху свою вазочку с крекерами и карамельками. Пусто...

Только ромашка. Которую вчера мне велел пить Север.

Дети где-то здесь!

Руки-ноги едва слушаются после вчерашнего.

С сигаретой в пальцах осматриваю наш двор. Замечаю, что дверь уличного туалета, который давным давно не используется никто – открыта.

Я знаю, что вы здесь! Вариантов немного...

Александре тоже не спится, она сидит на широком подоконнике Севера, звонит в больницы. Уточняя, не привозили ли ночью девочку.

Встречаемся взглядами.

— Что? – с вызовом дергает бровями.

Ничего. Красивая...

Мне больно от ее красоты.

Она с отвращением смотрит на мои голые ноги. На мне лишь футболка, едва скрывающая ягодицы.

Ну да, у меня не такие, как у нее. Но на работу ходят отлично. Поэтому, пусть идет в жопу.

— Север не выносит женщин, которые курят, – надменно.

Смотрю в прострации на свою сигарету.

Не то чтобы я сама люблю, когда женщины курят. Я сама-то начала, чтобы казаться серьёзнее, старше и уверенней. Может быть, еще импозантнее и ярче. Как наша Алла Борисовна со своим мундштуком.

А сейчас мне неловко. И даже есть легкая паника, что Северу может что-то во мне не нравиться. Но вообще-то... не ее дело.

— Что еще не любит Север? – вздрагивает мой голос от нервозности.

— Нерях.

О, да, это про меня сейчас. Но извините, я искала детей. И забыла когда спала дольше трех часов.

Приглаживаю свою гриву.

— Что ж…

— То, что он спит с тобой – это обида. Он не тебя выбрал. Он выбрал обидеть меня так! Но его обида пройдет. Мы помиримся. И ты останешься просто использованной.

Сбегает внутрь дома.