Книга Брак с гарантией, страница 7 – Янка Рам

— Вообще-то, да. Потому что если бы меня не было на этой "долбанной" работе, этот ожог был бы у тебя на лице и груди. Если бы ты вообще после этого "случая" была.

Честно говоря, самому мерзко объяснять ей это, никогда не припоминал ей этого раньше. Вытащил, и вытащил. Но, сука...

— Нет, милый, так не работает. Нельзя на одном подвиге ехать всю жизнь! Ты держишься за свою работу, потому что ты так самоутверждаешься. Что ты герой! — пренебрежительно. — А твоя семья сидит без денег. Повзрослей уже! Мужчина должен зарабатывать хотя бы пятьсот.

Моя семья никогда не сидела без денег. И мне хочется спросить у нее в запале ссоры, на чьи деньги у нее квартира в Подмосковье и сиськи. Но пошла она нахер, не буду опускаться до упрёков.

— Дай угадаю... это тебе твоя психологиня Алина подсказала?

— Какая разница?! Это же правда!

— Сань, иди в пень, короче. Я не хочу жить в Москве. Мне ее ритм и райдеры не подходят. И ты, напомню, из Кемерово. Твой батя бухал, а мама продавец в продуктовом. Ты выходила замуж за обычного спасателя. Ты этого хотела сама! Откуда такие запросы вдруг?

— Не "Сань", а Алекса! Я официально поменяла имя, понял?

— Ебать... Алекса Геннадьевна Мартынюк?!

— Отчества давно уже никто не использует в современном мире.

Мы точно в разных мирах.

— А фамилию — не меняла. Я всё еще Дозорова. Так что у тебя всё еще есть шанс. А пятьсот — это минимальный прожиточный минимум в Москве на семью. Минимальный!

— Меняй фамилию.

Скидываю вызов. Снова перезванивает.

— Хватит бросать трубку.

— Мне не о чем с тобой говорить.

— А как же дочь?

— Ну, ок, давай.

— Мне нужно, чтобы ты подписал бумагу на смену ее имени.

— Чего?!

— На Элис. Я заказала ей натальную карту. Этот вариант имени сделает ее более успешной.

— Там угол есть рядом с тобой какой-нибудь? Ударься об него. Моя дочь — Алиса. Алиса Северовна Дозорова. Так и останется.

— Послушай! Этот астролог сопровождает серьезных бизнесменов. Точно не тупее тебя!

— Так, всё.

Скидываю вызов, в бешенстве разнося эту чертову кухню. В мыслях, конечно.

— Мясо!! — вспоминаю я.

Застываю на крыльце.

Зажав подмышкой Иваныча, какой-то пацанчик возраста моей Алиски отщипывает от чиабатты кусок и потыкав его в жирное мясо, засовывает в рот.

— Иваныч, ты где пацана спёр?! — озадаченно вопрошаю к коту. — За человеческого детеныша нас точно посадят!

Дернувшись, пацан роняет кота и разворачивается ко мне, округляя глаза.

— Чего стоишь? Крути шашлык, видишь, горит?

Повращав настороженно глазами, берётся за деревянные ручки шампуров.

— Резвее давай. Эх, подгорело немного, — помогаю ему. — Тебя как зовут-то, человеческий детеныш?

— Вася.

— Ты чей?

Точно не соседкин. По возрасту не срастается. Хотя…

— Мм... пока неясно, — озадаченно отвечает он.

— Как это так?

— Вася! — вылетает на крыльцо соседка. — Немедленно иди сюда!

Сегодня без всяких абажуров. Светлые волосы собраны в шишку на затылке. Взгляд липнет... Это всё из-за длительного воздержания, конечно.

— Вася! Ну, я что сказала?!

— Пойду... — тяжко вздыхает пацанчик.

— Мама?

— Тётя.

— Держи-ка... — отдаю ему два шампура. — Потом сюда вернёшь, как съешь.

А то стоит ребёнок, слюной истекает.

Василий в радостную припрыжку скачет к крыльцу.

— Вася, немедленно верни, — тихо уговаривает его соседка.