Книга Моя младшая жена, страница 32 – Янка Рам

Поднимает на меня вопрошающий взгляд.

— Чайная роза…

— Значит, угадал. Посмотри вот эту спальню. Как тебе?

Двигает ко мне телефон. Оттенки молочного, нежно-розового и чайного цвета. Цветочная резьба. Зеркала. Большая двуспальная кровать, трельяж, бра в виде панно из роз.

— Это для меня такая?

Кивает.

— Очень красиво. Спасибо.

Улыбаясь, поднимаю на него глаза. Но теперь почему-то он отводит свои. И моя улыбка тут же гаснет.

Когда мы пьём чай, кладёт на стол мой паспорт.

— Внутри — твоя новая кредитка. На ежедневные мелкие расходы.

— Спасибо.

— В частности, на обеды и кофе. Извини, что сегодня я об этом не позаботился.

Мои щёки вспыхивают.

— Я не пила тот кофе… — пытаюсь оправдаться.

— Ты можешь выпить кофе, если тебя угощают и тебе приятен человек, который это делает, — пытливо смотрит на меня. — Этот парень…

— Одногруппник.

— Он ухаживает за тобой?

Закрываю ладонями горящее лицо.

— Ляся… Ответь, пожалуйста.

— Наверное, — выдыхаю я.

— Это тот парень, что поцеловал тебя?

— Да.

— Ты влюблена? — в его голосе появляется едва заметная резкость.

Как можно ответить на этот вопрос?! Невозможно ответить!

— Ля-ся?

Отрицательно качаю головой. Врать мужу нельзя, да. Но правду тут сказать — неуважение к нему. Не знаю, как поступать!

— Ладно, иди… — вздыхая, нервно перестукивает пальцами по столу.

— Посуда?..

— Иди.

Я не спросила у него разрешения поехать на деловую игру. Или я должна попросить, чтобы он поговорил с преподавателем, чтобы я не ехала? И про Антона, что он едет, я должна сказать или нет? Может, ему всё равно. Он сказал: обращаться к нему как можно реже. А может — нет, не всё равно. Он же спрашивает про это… А если это его оскорбит, он может со мной развестись! Что тогда?! Как сложно! И посоветовать некому. Мама до сих пор не ответила.

Прячусь в своей комнате за шторой на окошке. Яблоко хочу… На кухне есть. Но пойти и взять я не решаюсь. Так и сижу, листая лекции, и жду, пока совсем сядет солнце.

Наблюдаю, как паркуется вишнёвая машина. Выходит Алла. В коротких шортах и откровенном топе. На высоких каблуках. Солнцезащитные очки закрывают пол-лица. В руках несколько красивых пакетов.

Через некоторое время паркуется ещё одна машина. Спортивная, низкая. Выходит Ренат.

Внутри меня всё сжимается от стыда. Не хочу встречаться с ним. От позора, что пережила, до сих пор пылает лицо.

Снизу опять приглушённо слышатся повышенные голоса. И я, как ребёнок, тревожно жду, чем это закончится для меня.

Шаги по лестнице…

Напрягаюсь. Но мою дверь никто не открывает. Выдыхаю.

Через некоторое время на улице и в комнате становится темно. Включаю ночник и опять стелю себе на ковре. И тут же гашу его, молясь, чтобы о моём существовании все забыли до утра.

Тихий стук в дверь.

Присаживаюсь, прижимая к себе одеяло.

— Лясь… спишь?

Тимур.

— Нет.

— Я зайду?

«Зачем?» — хочется спросить мне. Но я просто молча киваю, жмурясь от полосы света, падающей на моё лицо от открытой двери.

Так же, как вчера, ложится рядом на спину.

— Спи, я здесь побуду.

— Из-за Рената? — начинаю переживать я.

— Сегодня я читал законы вашего шариата, — слышу в его голосе улыбку. — Те правила, что касаются брака и жён. Должны же мы как-то понимать друг друга?

— Это очень мудро, — шепчу я.

— Так вот, там написано, что благочестивый муж обязан провести семь ночей с женой после заключения брака, если она невинна. Вот… провожу.