Книга Жернова богов, страница 86 – Янка Рам

— Благо это пророчество не оглашено! Низведем ее положение до остальных известным способом. Пусть почувствует себя под ударом и утихомирится. Затем в обмен на Ор вырвем у неё клятву о содействии нашему делу там. И выкинем тот же час после коронации эту тварь прочь!

— Последние: Элка и Братья Борро? Консумация совершена… Правда весьма сомнительным способом.

Замираю.

Олга?!?

Прижав бутыль с вином к колотящейся груди, делаю несколько шагов назад, укрываясь в тени камина.

— Борро… — брезгливо. — Брось этим псинам северянок, что порченные.

— Мы не дадим Борро выбрать жен?

— Один из них, что вогнал в Элку свою плоть уже выбрал. И никого другого мы ему отдать не можем.

— Знать бы еще кто точно!

— Не будем мы дознавать этих деталей. Мы дадим им на выбор двух порченных. За Элодею Наввара не просила. Значит, она расходный материал. То, кто имеет законные права на Элку из этих двух северянок возьмет ту, что попригляднее, оставив брату уродку.

— Наследники не всегда выбирают приглядных!

— Не Борро! Все Борро — кабели. А последний помет, так и вообще глуп, да кроме юбок в упор ничего не видит.

— Кого из них коронуем?

— Того, кто выберет Элку. Я хочу оставить Льды в печи.

— Зачем?

— Только травленная и битая собака достаточно кусача, чтобы натравливать ее на себе подобных. Сестра! Неси еще вина.

Вцепившись побелевшими пальцами в пустую бутыль я покидаю залу.

POV Чио Ким-Цы

Холодно… Мне кажется, что холодно… немеют пальцы на руках. В следующее мгновение мне кажется что жарко. Горит лицо, губы… Рот! Словно во рту у меня тлеющий уголь! Сквозь ресницы — всполохи света. Голоса… тихие… тревожные…

— Чио…

— Что Вы ей дали?!

— Огонь Мер-Гура вернет ее!

— Это не опасно?

— Будут ожоги, но другого способа нет.

Со стоном переворачиваюсь, рефлекторно оттягивая от лица повязку и выплёвываю этот уголь на пол. Возвращаю ее обратно и опять слепо падаю на спину. В голове колокольный гул, сквозь который не могу расслышать ничего. Мою кисть сжимают чьи-то теплые пальцы.

— Чио!

Мне кажется, я в монастыре… Но это голос брата и его не может быть здесь. Значит, я где-то в другом месте. Где я?

— Рико… — но из горла вырывается лишь хрип. — Воды…

Меня поднимают… Смещая повязку, делаю несколько глотков. Это не вода. Что-то сладковатое, отдающее тиной. Оно немного усмиряет боль и горение у меня во рту. Поправляю тут же повязку ослабшими дрожащими пальцами. Повязка — моя самая главная защита. Это вбивается нам насмерть. Потому что без неё — смерть. Либо я — смерть, либо моя смерть.

— Рани Чио, — строгий женский голос.

Мне опять кажется, что я в монастыре и это одна из сестер ночи, но выговор мягче и тембр ниже. Это иноземка. Да и никто не обратится ко мне в монастыре "рани", скажут "сестра".

— Вы чувствуете здесь? — мою ступню сжимают.

— Да…

— Здесь? — вторую.

— Да…

— Видите меня?

Свет затмевает какое-то темное пятно.

— Плохо… Больно… — тру глаза.

Мои руки перехватывают.

— Не надо!

— Глазницы повреждены каменной пылью после обвала. Это пройдет. Нужно промыть глаза.

— Какого обвала?… — в голове пусто.

От попытки припомнить как я оказалась здесь, моя головная боль увеличивается.

— Чио… — ладонь снова сжимают горячие пальцы. — Ты помнишь катакомбы? Взрыв? Обвал?