Книга Путь золотого семени, страница 49 – Янка Рам

— В темницу его! — распоряжается княгиня.

И я слышу, как воины уводят волхва.

— Капитулу отдашь? — бормочет волхв. — В жернова кинешь…

— Боги… — воет отчаянно мать. — Когда это всё кончится?!

— Княгиня… — заглядывает прислуга.

— Пошли все вон!!!

Дверь мгновенно закрывается. Мы остаемся одни. Замираю. Матери под горячую руку лучше не попадаться.

— Лидия, — утихает она. — Погуляем, дочка. Уезжать скоро вам.

— Не хочу… — сжимаюсь я.

Из комнаты я выхожу только с отцом и братьями. Без них страшно… Чего боюсь — не знаю. Но брат Ладимир с князем на границе раскола. Сдерживают волховитых и тех, кто на их сторону встали от вторжения в стольный град. Иначе, заберут они нас — своих. И тогда не миновать более разрушительной войны. С теми, кто встанет под стяги Капитула. А он призовет со всех лок войска. И наша будет разрушена. На трон посадят чужих княжичей. Династия умрёт. Нельзя этого допустить!

Как я выйду отсюда, и отправлюсь куда-то — я не представлю. Как буду жить там в незнакомом месте с незнакомыми людьми. От ужаса стынет в жилах кровь. Но нужно быстрей уезжать. Мы уедем — страсти улягутся, закончится братоубийство.

— Мама, ехать пора. Отправляй за Ладимиром.

— Боюсь, отпущу — не увижу вас больше.

— Такая судьба…

— Красивая моя девочка, — обнимает меня мать. — Как ты будешь там, без братьев, слепая? Куда тебя отправят? С каким мужем? Кто тебя защитит?! Что тебе снится, Лидия?

— Разное снится… Не понимаю я этих снов. Леля снилась словно её в ночь выгоняют, плакала! А у Света руки в крови… Ладимира поток с ног сбивает, он встает и падает, опять встает и опять падает! А я…

— А ты?..

— Словно иду я по пещере, а в лицо летучие мыши бьются! Когда маленькая была, мы с князем-отцом и братом Ладимиром были у южного хребта и вошли в пещеру. На нас стаей летучие мыши полетели и крылья их по лицу, рукам… — передергивает меня от брезгливости. — Ощущение это снится… От крыльев этих! Только липкие они…

— Замок Длань, Замок Ор и селенье Вежа — наши. Остальные на стороне волхвов. Роба, Жива, Хора, Мыто. И Древей этот конечно, чтоб его! — отчитывается отцу воевода. — Засланные не вернулись… Пятый день ждём.

Не могут наши обнаружить поселения Волхвов. А пока голову не срубишь, не утихнет война в локе. Лидии семнадцать. Началось противостояние, как ей десять стукнуло. Волхвы потребовали к себе волховитую княжну, а мать-княгиня не отдала. Потому что поят они волховитых детей настойками из дару-грибов, и не каждый из них выживает. А кто выжил, детей не рожает. Сначала мать из жалости княжну не отдала, что маленькая, да увечная. Потом и младших не отдала. Да и отец залютовал, что требуют, а не просят. Да и не одного, всех троих! А теперь и Капитул свои требования выставил — подай им всех наследников. И тогда битвы уже пошли нешуточные и кровь полилась! Волхвы смерти не боятся, на рожон прут, да и люд подстёгивают. Внушают, что если покинут локу волховитые княжичи, то править в ней Капитул будет. Воздвигнут храмы богов и заставят всё отдать им — запасы, детей, женщин. Устами новых князей заговорят и весь уклад нашей локи сломят.

Все дерзают править — и Капитул и волхвы. Словно нет князя в нашей локе, и Богдар в ярости.

И Лидию, и близнецов Света с Лелей неоднократно выкрасть пытались. У князей выбора нет, двустороннюю распрю мы не потянем. Поэтому едем мы все, княжичи, на бал этот. А там видно будет. Войны с Капитулом лока не выдержит — это знают все наши разумные воины.