Книга Путь золотого семени, страница 58 – Янка Рам

— Будете вечно держать его во сне?

— Я не знаю! — нервничает мать. — Может лекари из других лок…

— Самые сильные лекари — жрецы Маха-ра. И только один возьмётся ломать радже спину. В других локах ему не помогут.

— Значит он будет пока спать.

— А потом без макового молока он не сможет жить. Маха-Ра велит отпускать к нему страдающих, у кого нет надежды на излечение.

— А вдруг…

— Пустые надежды.

— Тогда будем ломать ему спину.

— Это будет очень мучительно, махарани. И никто не пообещает Вам, что радже в результате станет легче.

— Скоро откроют границы, и мы закупим еще макового молока и этого… мумиё.

— Ракатанга не продает желчь своего бога. Только меняет. Всегда на что-то очень ценное. Как мы семена лотоса.

— Мы найдем что-нибудь ценное для них…

Медленно иду по карнизу обратно. Слёзы застилают глаза. Нога соскальзывает. Хватаюсь руками за балюстраду и спрыгиваю на балкон. Нежная ткань сари, зацепившись о выступ рвется до самого бедра. Стряхиваю пыль и белила, которыми испачкалась, прижимаясь к стене.

Растерянно бреду по коридорам. Лучше бы я была на месте Джана!

С разных сторон ко мне приближаются мать и Шанти.

— Дочери, распорядитесь, чтобы вас собрали в дорогу, — хмурится мать. — Смысла ждать больше нет. Джан не поедет на бал.

— Но как же?.. — распахивает глаза Шанти.

Мать не дает ей задать вопросов.

— Шанти, пусть подготовят подарки для наследниц других лок — семена лотоса, шафран и благовония.

Такой подарок дарят каждой богатой рани на свадьбу у нас в локе. Семена лотоса позволяют очень быстро понести от мужа, редчайший шафран — дает молодоженам почувствовать радость и усилить чувство влюбленности в первые их ночи, а разные благовония — создать нужные оттенки чувств и настроения.

— Разве они знают, как использовать это? — с сомнением поджимает губы Шанти.

— Если Вы захотите поделиться с кем-то, как наш подарок использовать по назначению — сделайте это. А если будет нужно — продайте это знание. Если кто-то из наследниц будет вам неприятен — утаите это знание, вручив ей подарок, но не то, как его использовать. Кора… — недовольно смотрит на меня махарани. — Ужасно выглядишь! Ты же рани, в конце концов. Немедленно приведи себя в порядок.

Да знаю я, что некрасивая, зачем напоминать всё время?… — обиженно отворачиваюсь.

— Шанти, пригласи к ней служанок из сведан. Пусть превратят эту обезьянку в девушку.

— Не хочу, — топаю я раздраженно ногой.

Джан там мучается, я меня рядить буду для какого-то мясоеда. Сколько обезьяну не ряди, всё равно обезьяной останется. Только посмешищем станет!

— Я тебя никогда не наказывала, Кора. Но видят боги, выпорю, если дерзить будешь! Быстро…

Шанти, подхватывая меня за руку, тащит подальше от рассерженной махарани.

Я смотрю на красивые росписи белой хной на ее кистях. Пальчики тонкие, ноготки аккуратные… Такие же ажурные росписи на стопах, бедрах, плечах…

Бросаю взгляд на свои темные узловатые кисти с поломанными ногтями. Вздыхаю…

— И чего ты капризничать вздумала?.. Видишь же, что махарани не в духе.

— Шанти, это всё я виновата, что Джан покалечен, — начинаю всхлипывать я.

— Боги так захотели, Кора. Ты здесь не при чем.

— Нет, моя вина!

— Виновата? — фыркает Шанти. — Тогда сейчас тебя девушки и сведан наказывать будут — волосы рвать, кожу скрести, да часа три тело расписывать! Знаешь, как жжет?!