Книга Особые полномочия на любовь, страница 10 – Янка Рам

Я, наверное, такой же…

— Со сливками, без сахара.

— Сливки обезжиренные? — Обезжиренные, девушка, это уже не сливки, — ведет она бровью.

— С нормальными будьте любезны.

Ну вот, теперь точно смело можно признаваться в любви! Девушки на диетах вызывают уныние и жалость. Мне нравятся вот такие вот — полноценные, с любовью к жизни и удовольствиям, которые она может дать. А эта точно сечет в удовольствиях… Улыбаясь, разглядываем друг друга.

— И где такая красота работает? — Неприличный вопрос для нашей конторы.

— Да ладно… Намекни хоть.

Все равно же узнаю.

— На стажировке я, в следственном.

Но устроиться пытаюсь в отдел по защите свидетелей, в антитеррористический.

— Ммм… Знаем такой.

И как? — Хреново… — стреляет глазами в пол.

— Не нравятся полковнику Зольникову, — выделяет она многозначительно фамилию, играя бровями, — какие-то мелочи в моей биографии.

Однофамилец? — Почти… — Ясно, — усмехается.

Мне хочется перехватить ее за шею и впечататься в сочные губы.

И я сжимаю свои, шумно выдыхая.

Хочу-у-у… Диляра, хмурясь, смотрит на часы.

Ооо… Нет-нет… Не убегай! Что там надо? Встряхиваюсь, пытаясь прийти в себя.

Телефон и проводить.

С «проводить» облом, она на тачке.

— Можно я с твоего телефона позвоню? — Куда? — прищуривается.

— В одно хорошее место.

— Держи, — нарисовав фигуру на экране, протягивает разблокированным.

Нечаянно листаю в другую сторону. Включается фотоаппарат. Листаю обратно, но вместо этого нажимается на окошко галереи, где на первом фото маленькая девочка лет шести. Всматриваюсь. Глаза похожи… Да и вообще.

Горло отчего-то сводит судорогой, словно я прикоснулся к чему-то очень интимному и ранимому. Поднимаю глаза на нее, чувствую, как кровь бросается в лицо. А если у нее семья? Подумаешь, нет кольца…

— Твоя? — понижаю я голос, показывая ей девочку.

Замечаю, как на секунду ее лицо тревожно вздрагивает. И тут же его выражение меняется на нервную усмешку.

— Аа… нет, — немного растерянно взмахивает руками.

Но напряжение между нами резко возрастает. И чтобы снять его, я быстро заминаю эту тему, открывая панель с цифрами.

Не ее… Я не против детей. Я обожаю детей! Но… Это немного мне щелкнуло по мозгам. Я люблю, чтобы все было прямолинейно и открыто. Не люблю закулисной игры. Но девочка не ее… И кольца нет… Выдыхаю. Вбиваю свой номер, пряча улыбку, подписываю его: «Я уложил тебя, помнишь?…» и набираю себя.

Звук звонков отключен. Чувствую, как вздрагивает в кармане телефон.

Диляра задумчиво делает несколько глотков кофе. Возвращаю ей телефон.

— Какие планы на вечер?

— А какие предложения? — стреляет в меня пытливым взглядом.

— Вау… Ммм… — быстро перебираю варианты.

Был уверен, что вежливо съедет.

Домой я ее не затащу по-любому, там бабушка.

Есть, конечно, шанс напроситься к ней… Слышу звук будильника.

— Ай… — с досадой достаю свой телефон.

— Ужин семейный! Забыл совсем… — развожу удрученно руками: — Не могу его пропустить.

Он в мою честь.

В ответ прохладная, чуть разочарованная ухмылка.

О, нет! Я не отмазываюсь и не съезжаю!

— Если хочешь, поехали со мной, — выпаливаю я.

Нет, у нас в семье так не принято.

Никаких девушек на семейных событиях, если это не официальная невеста или жена.

Но… С ней бы я… не обломался засветиться в семье.

Нравится — пиздец просто! Так, что внутри все порхает и взрывается.