Онлайн книга «Особые полномочия на любовь»
|
— Яра, почему? — Иду дальше! — По головам? — Надо будет — и по головам пойду! — агрессивно. Но я чувствую и что-то другое в ее тоне, что-то такое отчаянное, болезненное. И в эту секунду мне хочется вписаться за эту женщину, которая и сама может любому сломать нос. Но все равно хочется. Потому что в ее агрессивном тоне мелькает уязвимость… — Ты же любила меня… — В юности — да. Но… детские ожидания не оправдались. Ты уж извини. — А что не так? — Да нормально все… — морщится она. — Но мне другой понравился. Хочу я другого. Так понятнее? — Как блядь сейчас говоришь! — Да? Ну и пусть. Твое мнение, к сожалению, для меня потеряло значимость, — в ее голосе просыпается вызов. — Вот если бы мой, который в фаворе, так сказал — зацепило бы! А ты, Суров, мимо, извини. — Так и он скажет, Яр! — перехватывает ее за руку. — С твоими ебанутыми блядскими запросами! — Не скажу, — решительно подхожу ближе. — Руку убрал. — Ооо… Черт! — закусывает пухлую губу Диляра, пытаясь не улыбаться, но у нее не получается. Потому что пьяная — пиздец! Ее кент оценивающе смотрит на меня. Диляра профессиональным поворотом кисти высвобождается из захвата, отдергивая руку. Встречаемся взглядами. Ее — игриво-провокационный. Я, блять, по заднице тебе сейчас настучу! Какого черта ты села к нему в машину? Надеюсь все это внятно читается в моем взгляде! Но улыбаться тоже хочется… На самом деле меня уже отпустило, я услышал достаточно, что погрело мое ЧСВ. — Пойдем, — подхватываю ее за талию. Увожу к себе в тачку и усаживаю, как задержанного, на заднее сиденье, придерживая голову сверху рукой, чтобы не словила крышу тачки. Голова у нее, блять, болит! Бухает не пойми с кем! Сажусь рядом. Закидываю голову на спинку сиденья, закрывая глаза. Слышу ее пьяный смех. — Зольников, ты что, потерпеть не мог? — Не мог. — Ты же не собираешься мне предъявлять? — Предъявлять?? Давай сюда свою задницу быстро! — с рычанием заваливаю ее к себе на колени под томные смешки. — Буду тебя наказывать! Мурлыкнув, прогибается, даже не думая сопротивляться. Веду рукой по бедру, задирая ее короткую юбку. Ниточка стрингов красиво лежит между упругих ягодиц. На треугольнике несколько красных стразов. — Аааа… — не выдерживаю я. — Вау… Ты, зараза такая, для кого такое белье надеваешь? Подцепляю ниточку и натягиваю как следует, перешеек трусиков сужается, оголяя губки и врезаясь между ними. В глазах темнеет от возбуждения! — Зольников… — смеется она сдавленно. — Ты охренел? — Я?! — впечатываю ее ладонью в спину, не позволяя подняться, и, продолжая натягивать стринги, массирую большим пальцем гладенькие тугие губки, наслаждаясь сдавленными стонами. — Плохой мальчик! — пытается вырваться снова, но я не позволяю. — Не жалуйся… Ты мне только что в любви признавалась! Я все слышал. Под ее хриплый вскрик толкаюсь пальцами во влажную горячую плоть. Но чувствую так, словно не пальцами. В паху болезненно пульсирует. — Иди сюда скорей… — с шипением умоляю я, сдаваясь. И помогаю ей изменить позу, заставляя оседлать себя. Нетерпеливо впиваемся друг в друга! — Я хочу тебя! Взорвусь сейчас! — шепчу я исступленно между грубыми, жадными поцелуями. Нетерпеливо, мешая друг другу, вместе расстегиваем ремень и ширинку. Со стоном облегчения чувствую, как она обхватывает мой член ладонью. Смещаю ее трусики в сторону, поглаживая возбужденную влажную плоть. Мои глаза закрываются от острых, невыносимых ощущений… |