Онлайн книга «Особые полномочия на любовь»
|
— Нам в другую сторону… — шепчет она. Прижимаю её к подоконнику, ставя руки по разные стороны от неё. — Когда у тебя овуляция? — Не поняла. — Надеюсь, сегодня-завтра… — впиваюсь ей в губы. Стягиваю по бёдрам её штаны. — Зольников… ты чего?… — вяло сопротивляется она. — Да ты что?! Что ты делаешь? С рычанием целую настойчивее. — Делаю тебя частью семьи! — Это в загсе делают, капитан. — Не… У Андрюхи загс не прокатил, а вот кое-что понадёжнее — да! — задыхаюсь я от возбуждения. Расстёгиваю ширинку. Кладу её ладонь на налившийся кровью член. — Ребёнок, что ли?! — отдёргивает она испуганно руку от моего члена. — Давай, трусишка… — с усилием разворачиваю её оголённой попкой к себе. — Ты же выйдешь за меня, правда? — возбуждённо шепчу ей в ухо. Глажу вдоль трусиков, ныряю под них пальцами. — Ты же сказал — контрацепция! — Это она и есть. Пока в тебе его внук — ты ценность. Это тебя защитит… Он не посмеет… — Ну пиздец же… Зольников… — испуганно. — Ребёнок — это такая ответственность! — Прогнись… — шлёпаю её и с несдержанными стонами втыкаюсь головкой в горячие упругие губки. — Чёрт… — истерично смеётся, ложась на широкий подоконник. — Мне страшно… Её бедра сжимаются. Стягивая с плеча майку, нетерпеливо кусаю, целую, облизываю… — А мне нет. Я люблю тебя… Толкаюсь в горячую тесноту, кайфуя от того, как по её телу идёт неконтролируемая судорога. — Боже мой… — жалобно бормочет она, задыхаясь. — Мне кажется… я не готова… — Ты готова, детка… — размазываю пальцами по её губкам мокрый скользкий секрет… Его так много… Закатываю глаза от удовольствия. — Не думай ни о чём. Только обо мне… И чувствуй… Перехватываю руками за бёдра, немного отстраняясь. И разгоняюсь, впечатывая её в подоконник мощными голодными рывками. Вскрикнув, прогибается. Член ритмично скользит внутрь. Мне хочется вколотиться в неё до основания! Оставить себя в ней. Стать целым… В стекле её отражение, и мои глаза застывает на нём, как на экране с роскошным порно. Дёргаю вниз её спортивную майку, освобождая грудь. Давлю рукой на поясницу, увеличивая прогиб. Её рот приоткрывается. Мы тонем в стонах. Перехватив за шею, немного придушиваю, впиваясь зубами в лопатку, и нас сносит. Задыхаясь и дрожа, мы вцепляемся друг в друга крепче. — Зольников, нет! Стой! — задыхаясь. — Нет… нет… нет… Ванечка! Но я только ускоряюсь, зажимая её крепче. Никаких, блять, мне «нет»! — Чччч… Да. И…расслабляюсь. Она, зажмуриваясь, сжимает меня лоном на каждый толчок спермы. — Ммм… — обессиленно ложусь на её спину. Целую между лопаток, шею, разворачиваю… Целую в губы… — Лейтенант Владо — трусиха. Кто бы знал… Прячет лицо на моей шее. Глажу по волосам. — Давай у нас получится с первого раза? — Ты… — явно подыскивает она эпитет. — Натягивай штаны, лейтенант, — перебиваю. — Нам пора. Отдышавшись, мы ещё раз жадно впиваемся друг в друга. Но нам и правда пора. Яра стягивает с соседнего подоконника строительные респираторы. Бросает один мне. У входа несколько заляпанных краской халатов. — Жди здесь. — Ты куда?… — Вот стоит только кончить в женщину, сразу фрик-контрол! — отшучиваюсь я. Получаю в ответ шлепок по прессу. — За ключом я. Жди. Выхожу в фойе госпиталя. Мы договорились встретиться после смены с той самой медсестричкой, что колола мне антибиотики после ранения — Алёной. У нас ничего не было. Но она делала всё, чтобы оно случилось. |