Книга Особые полномочия на любовь, страница 89 – Янка Рам

— Ты во что моего пацана втянула?!

— Эй! — взвивается сзади Ванька. — Убрал, блять, руки от неё!

— А ты… идиот… Довыёбывался?

— Товарищ полковник… — залетает Сергей. — Мне сообщили, что капитан Зольников…

Замолкает, увидев брата.

— Убил свидетеля и нарушил протокол, устав, присягу? — разворачиваюсь к Сергею.

— Он что, тоже сдох? — с недоумением перешёптываются Диляра с Иваном.

— Кто убрал первого свидетеля?

— Да ты что, полковник? Совсем с головой у тебя плохо? Нахер нам его убирать? Нам только вопрос задать надо было, и всё! Чтобы выяснить, где София.

— Это у тебя, капитан, с головой плохо. «Мы», «нам»? Ловко тебя втянули. С каких пор происходит это «мы»?

— Ни при чём он здесь, — придерживает, видимо, повреждённую руку Владо. — Помог только до свидетелей добраться, и всё. Никаких других контактов, кроме меня, у него не было.

— Это я обязательно разберусь, — выглядываю в коридор: — Эй, дежурный!

— Да, товарищ полковник!

— Что с рукой у неё?

— Жестковато вели. Вывих плечевого, по всей видимости. Врача вызвать?

— Нет! Потерпит пока. Выйди.

Возвращаюсь к ней:

— Ты мне очень не нравишься, Диляра Владо.

— Взаимно.

— Где Эва?

— Какая ещё Эва? — зло ухмыляясь, делает шаг назад. — Эва мертва.

— Я бошки вам сейчас обоим скручу. Эва где? Адрес!

— Да пошёл ты… полковник. Нет никакой Эвы.

Иван, закрывая глаза, стекает по стене вниз. Замолкаю на мгновение, вдыхая поглубже.

— То есть, ты со мной вчера приятно вечер провела, стало быть?

— Насильник… — одними губами.

Меня обдаёт жаром до удушья.

— Эва так сказала?…

— Бредите Вы, товарищ полковник. Какая Эва? — упрямо и с ненавистью. — Нет больше никакой Эвы. Это я была.

Меня взрывает.

— Яра… — поднимается Иван, кладёт руки на решётку. — Скажи… Так будет правильно.

Но она не слышит его, в глазах лёд.

— Ты её теперь никогда не найдёшь.

На несколько секунд меня сносит панический атакой. Настолько уверенно звучат её слова. А в каком случае я её не найду? В голову приходит только один.

— Ты что, отправила её к Мамедову?

Если он сделает ей документы гражданки другой страны…

— Да. Попробуй теперь отыскать.

— Чего ты сделала?…

Размажу… эту… дрянь.

Поднимаю ключи от камер. Нахожу нужный.

— Товарищ полковник, — сглатывает Сергей. — Не положено открывать.

Игнорирую, вставляя ключ в замок. Со стоном массируя плечо, Диляра делает шаг вглубь.

— Эй… эй… эй! — начинает метаться Иван. — Не подходи к ней!

— А раньше, когда ты сделал всё, чтобы она попала сюда, ты о чём думал? Что ей здесь косы плести будут?

Снимаю со стены дубинку.

— Хватит! — рявкает Иван.

На самом деле, никогда по-серьёзному не прессовал женщин и не позволял никому. Химии всегда хватало! Но сейчас мне хочется звездануть ей так, чтобы сломалась. И, размахнувшись дубинкой, с рычанием всаживаю ее в полуметре от вскидывающей руки и съезжающей по стене Диляры. Под синхронный вскрик племяшей. Присаживаюсь рядом, наблюдая за тем, как она судорожно дышит.

— Запомни это чувство. Это чувство всегда живёт в том, кто попадает в моё подземное царство. Потому что невинных здесь нет. Играть против меня не стоит. Ставки слишком высоки. И я раскатаю любого, кто этой ставкой будет пренебрегать. И ты, как часть системы, должна понимать это. Эва не обязана, а ты — да!! С неё какой спрос? А вы с этим идиотом под присягой! — рявкаю я.