Книга Не верь мне, страница 41 – Янка Рам

— Аркадий! - встаёт Бессарион, окликая его.

Арканов раскрывает ладонь в его сторону, типа “подожди”!

— Кому бы ты сейчас не досталась из этих двоих, я хочу, чтобы ты всегда помнила чья ты.

Хватает мой бокал, отбивает его верхнюю часть об столик.

Вжимаюсь в диван.

Наступая коленом мне на бедра, хватает за горло и прочерчивает на щеке мне осколком ножки борозду.

Я даже не сразу чувствую…

Вскрикнув, отбиваюсь, но в глазах темнеет от удушья. Боль от давления в живот коленом и жжение на лице шокируют.

С воплем вдавливаюсь пальцами ему в глаза.

Через мгновение темная массивная тень сносит с меня Арканова, перелетая через диваны. И они сцепившись, летят по проходу вниз, яростно меся друг друга.

Бессарион укладывает сорвавшегося с места охранника.

Я вижу, как оседлав Арканова, Артем яростно лупит его кулаками в лицо.

Моя щека онемела и пульсирует.

Дотягиваюсь до телефона и жму на всё вообще… руки у меня отчего-то мокрые и липкие. Телефон выскальзывает.

Вопли сигнализации смешиваются с сиреной пожарки. Вырубается свет. Остаются только неоновые лучи, которые наводят ещё больше хаоса. Сверху хлещет вода с системы пожаротушения…

Люди, давя друг друга, несутся на выход.

Надеюсь и мои Спартанцы сообразят, что пора дергать отсюда.

— Артем, стоп! - хватая сзади за шею, оттягивает его Бессарион от уже отключившегося Арканова. - Остановись! Хватит!

Заваливает на спину, отвешивая ему отрезвляющего леща.

— На выход! - рявкает он.

И я тоже встаю… Меня шатает. Сзади кто-то хватает за талию.

— Давай-давай-давай… - тянет вниз.

Кто-то из парней.

В полубессознательном состоянии, поддаюсь этим рукам.

На шее липко и мокро… Оказываюсь в толпе Спартанцев. И вся наша группа “в полосатых купальниках” наконец-то вываливает из этого ада на свет Божий. В ночь…

Мы в Спарте… Прижимаю к щеке кем-то протянутые еще в дороге антисептические салфетки. Лицо пульсирует и дёргает от боли.

Я никогда не боялась боли. И сейчас словно в коме просто терплю эту невыносимую пульсацию и жалящее подёргивание нерва.

В толпе парней - ор! Все одновременно пытаются доказать и объяснить что-то разъяренному Ахметову.

Что план был другой…

Какой к чертям план?..

— Какой к черту план?! - рявкает он.

Желваки на его лице с угрозой подрагивают.

Они снова что-то на высоких тонах одновременно пытаются ему…

— Тихо! - рявкает он. - Где он?

Разворачивается, хватая сзади за шею и одновременно отвешивая леща Артему.

— Иди сюда! - с рычанием выдергивает из толпы, сжимает вторую руку в кулак.

И меня это внезапно взрывает. Потому что я вдруг мгновенно понимаю - Артем ему не ответит. И сопротивляться не будет! И это нечестно!

— Эй, хватит! - врываюсь я между ними, отталкивая Ахметова в грудь двумя руками.

Вжимаюсь спиной в Артема, исподлобья сверлю взглядом Бессариона. Он с недоумением - меня.

— Он не виноват, ясно?!

— А кто виноват?!

— Он - нет!

— Ксюш… - шепчет Артем, обняв на мгновение. - Не надо.

Ловит взглядом мой профиль. И громко втягивает воздух, задохнувшись.

— Скорую…

— Нельзя мне в больницу, - цежу я.

Это будет моё последнее путешествие. Именно там меня сейчас и будут искать первым делом фейсы.

— Вы его не ругайте Бессарион Давидович, - вздергиваю подбородок. - Он туда не за бабками пошел. Его шантажировали сестрой…