Книга Выйду замуж за спасателя, страница 13 – Янка Рам

Жуя, возмущённо мычит на меня.

— Давай ещё разок.

Пока игра перезагружается, она зевает и закрывает глаза.

Диванная подушка немного сползает, и она с ней.

Улыбаясь, медленно тяну подушку ниже. Вместе с вырубившейся Верой.

Сворачивается калачиком и сопит. Капюшон съезжает назад. От её ещё влажных после душа волос пахнет детским шампунем со вкусом жвачки. На скуле яркая родинка. Как мушка. Над бровью тонкий шрам. На виске — оспинка.

Ресницы подрагивают.

"Что тебе снится, крейсер Аврора?"....

Серьги у нее какие-то необычные.

Стараясь не разбудить, не касаясь сдвигаю прядь волос, чтобы разглядеть.

Ярко рыжие лисы из серебра и керамики.

Забавная!

Навык вставать так, чтобы не потревожить спящего, я отработал ещё с Мироном. Уложить его было большой проблемой.

Напрягая пресс, медленно поднимаюсь.

Иду за маленькой бутылочкой пива. Свежим, крафтовым, нефильтрованным. Хочется отполировать происходящее до совершенства.

Все-таки, Саянов, домашняя ты животина, не дикая.

Тело, конечно, периодически приходится выгуливать и плясать все эти танцы с бубнами — рестораны, клубы, красивые ужины... Но все равно полностью расслабиться вне дома никогда не получается. Потому что одной половиной мозга ты всегда с детьми и всегда на старте — а вдруг что-то...

А вот дома. Дома — это кайф.

И вот вроде женщина посторонняя. Но сразу дома чувствуется уют. И совсем другая энергетика.

Вообще, у меня с женщинами всегда напряжёнка — я в свое пространство не впускаю. Боюсь, что не полюбит искренне моих пацанов. Или, ещё хуже, пацаны привыкнут к ней, привяжутся, распробуют полноценную семью, а потом что-нибудь не так, и мы разбежимся. И она ведь стопудово потом не будет с чужими детьми общение поддерживать просто из доброты душевной. Не верю в такое. Вообще в женщин не верю... Они все хотят, чтобы любили их и их детей, а вот принять моих — хрен. А перебирать баб у детей на глазах я не хочу. У них и так образ женщины "хромой".

Поэтому дети направо, бабы налево!

А Вера не совсем "женщина", она партнёр. Надеюсь, в будущем, друг. Решим свои задачи, будем семьями дружить. Лепота! Тут все честно и не травмирующе. И для нас и для детей.

Закрываю Веру пледом. Будить не хочется. И также медленно и мягко сажусь на свое место. И продолжаю играть дальше.

Тихо, все — "по полкам" и под контролем. Можно расслабляться....

Просто дзен какой-то.

Поспешно хватаю позвонивший телефон.

— Да? — тихо отвечаю.

— Добрый, ну ты где?

Аделина.

— А-а-а-а.....

Приглашала же.

Меньше всего хочется сейчас пилить через весь город, чтобы потрахаться и уехать обратно. Устал, во-первых, во-вторых, эмоций и так дохрена.... А в-третьих, слишком тут кайфово, чтобы срываться.

— Извини, никак.

— А что такое? — ядовито.

— Не могу говорить. Перезвоню.

Делаю глоток, съезжаю пониже, тоже заваливаясь головой на край большой подушки, на которой спит Вера.

Вращая джойстиком и щёлкая по кнопкам, преодолеваю очередной уровень игры... Глаза слипаются.

Не замечаю, как вырубает.

Сквозь сон слышу — сообщение на телефон.

Сонно щурясь, поднимаю над лицом телефон, открывая сообщение.

Ощущаю, что теплая нежная щека Веры прижата к моей. Мы лежим вверх тормашками друг к другу на одной подушке. Закинув ноги на подлокотники, каждый со своей стороны.