Книга Выйду замуж за спасателя, страница 69 – Янка Рам

У меня ощущение сказки....

"Верочка, не обижайся только, ладно? Меня вчера вырубило.... На морозе шесть часов отпахали", — читаю сообщение от Добрыни.

Шлю ему сердечко.

"Сегодня приеду, буду тебя любить."

Я не обижаюсь, нет!

Моя еда похвалена, тайком от детей мне прилетело несколько поцелуев. И самая вкусная ягодка с десерта.

Мои губы не могут перестать улыбаться.

Все так хорошо, что страшно. Но я стараюсь не поддаваться этой опаске, рождающейся где-то глубоко внутри.

— Вера!

Раздражаясь одергивает меня от экрана Анатолий.

— Хватит лупить в телефон. С тобой разговаривают.

— Аааа... Да? Ты со мной? Я думала с Алиной.

Мы сидим за столиком открытого кафе в торговом центре. Анатолий требует девочек. Но к нам ехать отказался.

Мирон с нами. Ярослав — на тренировке.

Алинка, услышав свое имя поднимает глаза от экрана телефона, лежащего под столом на коленях.

— А?

— Телефоны немедленно убрали! — цедит он гневно.

Девчонки, хмурясь прячут телефоны, а я — нет.

Он кивает на мой телефон.

Моя рука дёргается по инерции.

Но....

— Нет. Я жду сообщение от мужа. Никуда я его убирать не буду. Хотел что-то сказать — говори.

Образ Добрыни придает мне уверенности. После того, как Добрыня на него наехал, Толик ни слова не написал в переписку.

— Девочки на выходные едут ко мне отмечать день рождения Алины.

— Ма-а-ам! — хором вопят мои девочки, глядя на меня жалостливыми глазами. — Мам....

— Ммм.... Они не могут. Нет.

— А я тебя не спрашивал — могут ли они. Я ещё пока родительских прав не лишён.

— Они не хотят Анатолий. У них на выходные планы.

— Какие ещё планы? — пренебрежительно. — Я решу сам какие у моих дочерей планы.

— Папа... У наш праждник дома жавтра. Мы будем делать горку шнежную, а потом пойдем в баню. И будем есть шашлыки и каштаны...

Игнорируя объяснения Иринки, давяще смотрит мне в глаза.

А я опускаю свои на загоревшийся экран.

"Откуда вас забрать?"

Отвечаю: "Мы в торговом центре, на столиках "Кухни мира".

Он: "Купи мне кофе, пожалуйста, покрепче на вынос. Скоро буду."

— А потом мы поедем на охоту! — выстреливает важно Мирон.

— Что за бред, Вера? Не хочешь объяснить?

Вздыхаю устало.

— Не хочу....

— Алина, Ирина, одевайтесь мы уезжаем, — в приказном тоне распоряжается Анатолий.

— Мам!!!

— Нет, мы остаёмся. Ждём Добрыню, — начинаю нервничать я.

Включает демонстративно камеру на телефоне наставляя на меня.

— Запись для суда. Восемнадцатое декабря, Богомолова Вера Павловна, в очередной раз не дает мне моих дочерей, хотя выходные мое законное время с детьми.

Наводит телефон на девочек.

— Пап, хватит! — закрывает его рукой Алина. — Не хотим мы к тебе ехать.

— Ну-ка руки убрала! Смотри в камеру!

Алинка демонстративно отворачивается.

Он за шкирку рывком разворачивает ее обратно.

Подскакиваю со стула в шоке.

Она отбивает его руку. Из глаз обиженно текут градом слезы. Поправляет смущённо одежду.

— Не трогай меня больше!

— Алина! — оттягиваю ее себе за спину, вставая между ними.

Иринка тоже прячется мне за спину, выглядывая оттуда.

Мирон, сидя за столом, снимает это на свой телефон и комментирует.

— Батя какой-то у вас дугатский. Наш лучше.

Анатолий бросает на него высокомерный презрительный взгляд.

— Убери телефон.

— Не буду!

Делает шаг в его сторону.