Книга Выйду замуж за спасателя, страница 76 – Янка Рам

— Это непедагогично.

— А я и не педагог! — режет он агрессивно. — Вот вы с ними как педагог и пообщайтесь педагогично, что нельзя вдвоем на одно в драку лезть, и фотожабы на несовершеннолетних девочек делать используя порноконтент. Чтобы мне с ними общаться не пришлось по-мужски. Это и ваш недочёт.

— Но вы же учите сына агрессии!

— А мне его чему учить — падать и плакать, когда его прессуют? Хрен там.... Ярый, все сделал правильно! До свидания. Дети — по машинам.

Вжимаю голову в плечи.

С одной стороны, мне гордо и хочется плакать, что хоть кто-то кроме меня не сдает "своих" и отстаивает до конца. В моей семье такого не было. Все как то дипломатично, пресмыкаясь...

С другой стороны, плакать хочется ещё больше, потому что это нам обязательно аукнется.

Но я не смею его упрекнуть в этом. Потому что в душе — согласна полность.

Обнимая за плечи, Добрыня ведёт меня к машине.

— Чего ревёшь? — удивлённо. — Ударилась? Где?

— Нет.... - машу головой. — Обидно просто.... за детей.

— Нормально! Отвоюем всех.

Целует в висок. И я ему верю. Становится спокойнее.

— А что там за девочка? Ты говорил про какую-то девочку...

— М-м-м-м.... Да.... Ярика девочка.

— Ой.... Да? Понятно.…

Мы едем за город. Рука Добрыни лежит у меня на бедре. Это так интимно и приятно. Словно я присвоена....

Дети спят на заднем в креслах. Персик у меня на коленях.

Поспешно хватаю зазвонивший телефон.

Смотрю на вызов. Мама....

Разговаривать с мамой я не люблю с детства. И по юности даже несколько раз получала от нее за то, что огрызалась.

И вроде бы она ничего сильно плохого и жестокого не делала по отношению ко мне. Но... но она всегда была не на моей стороне! Всегда. Всегда пресмыкалась перед учителями, если у меня возникали конфликты, а позже перед Анатолием. Всегда меня предавала!

Раньше я не могла понять, что не так. А когда свои девочки появились, вдруг, поняла. И свернула общение до минимума.

Не могу этого простить до сих пор.

Поэтому звоню я ей только по праздникам, поздравить. А вчера она не дозвонилась ни мне, ни Алинке. Так как у нас были баня, музыка... А потом все вырубились, позабыв про телефоны.

— Кто там? — низким голосом уточняет Добрыня. — Почему не отвечаешь?

— Мама.... - вздыхаю я.

С тяжёлым ощущением внутри отвечаю на вызов.

— Ну и что же ты не звонишь, доченька? — с горьким ядом в голосе. — Не хвастаешься, что замуж вышла?

Толик уже доложил все "в лучшем свете", уверена!

— Эм.... - растерянно замолкаю я.

— А я тебе расскажу почему, хочешь?

— Мам.... Нет, не хочу.

— Потому что ты связалась с каким-то никчёмным мужичонкой. И как бестолковая кошка забеременела от него. И трусишь идти на аборт! Да?

Молчу. Оправдываться тошно.

— А я тебе ещё прошлый раз говорила — куда ты рожаешь?! Ничего за душой нет, она рожает! Только и надежда на Анатолия была. Так нет же, "мы" с претензиями. Развелась она. Куда ты разводилась?! По съёмным шарахаться??

Закатываю глаза.

— Мам, переключи пластинку. Я это уже слышала. Ты с моими детьми ни дня не сидела, поэтому не надо мне указывать рожать мне или не рожать.

— Ты ноги раздвигаешь и рожаешь, а я сидеть должна?!

— Все, мам? Или ты ещё не всё высказала?

— А обо мне ты подумала, что Анатолий мне за лечение платил, а я как пенсионерка сама не тяну?!