Книга Сломанная кукла, страница 20 – Янка Рам

— А что Бедолага у нас опять особенный?

— Слышь, Честный, он раньше всех встал, костер подбодрил, всем воду вскипятил. Так что, давай, не пизди...

Кто-то подглядывал за мной утром?! Надеюсь, не видел лица. Было темно…

Поднимаюсь в положение сидя. Ногам горячо от близкого огня.

— Йода, дай аккумулятор от "связи", я пацанам покажу, как можно огонь разжечь от неё.

По рукам идёт батарейка от Йоды к Психу. И ко мне тоже попадает на мгновение в руки. Неожиданно тяжелая. Передаю дальше.

— Ого... Нафига такую тяжёлую переть? - интересуется кто-то.

— Спутниковая связь... современная - дорого, да и при наших морозах отказывает, старая - весит дохера. По маршруту стоит две антенны, усиливающие сигнал. Вставил батарейку и все. Вот вечером сегодня выйдем на связь с полигоном.

Наблюдаю за действиями инструктора.

— Берешь фольгу из пайка, ее там полно. Скручиваешь, замыкаешь плюс и минус, подносишь к щепе и...

Тонко наструганная береста начинает мгновенно дымиться.

— О, круть! А то трением... трением...

— Трением, самый сложный способ. Легче всего - линза. И у вас она есть в карманах карго, - тыкает себе на жилет.

Тут же проверяю. Есть маленькая линза.

— Но если солнца нет, как сейчас, тогда сложнее.

Батарейка идёт по рукам обратно.

Я отдаю ее Йоде.

Он прячет в боковой карман своего рюкзака. И уходит за чаем.

Сердце колотится в горле. Я незаметно тянусь к карману.

Алишер бы меня просто придушил... Но они - не Алишер.

Онемевшими пальцами кое-как выковыриваю ее из кармана. И прячу у себя.

Никакой связи! Иначе, вы меня на поводке к нему потащите. Прикажет вам какой-нибудь генерал ваш…

Все позавтракали, лагерь собран. Выдвигаемся. Болит всё жутко. Но боль это не то, что мешать двигаться. Всю мою жизнь с моим телом делают то, что для него противоестественно и больно. Я даже не знаю, как бывает иначе. И меня не беспокоит эта спокойная боль в теле, без приправы в виде жести. Мне хорошо.

Сегодня идти легче. Весь день двигаемся по густо припорошенному льду.

В какой-то момент, я остаюсь одна с Психом, позади всех.

— Бедолага...

Бросаю на него взгляд искоса.

— А ты чего так беспокойно спишь?

Я?!

Растерянно пожимаю плечами.

— Я на твоём месте нашел кое-что, пока собирался.

Снимает перчатку, достает из кармана. Проводит пальцем по крышке, словно ощупывая. Протягивает мне на раскрытой ладони.

Сердце сбивается с ритма. И внутри все трясется.

Свои вещи из сумочки я рассовала по карманам. Карманы на липучках, но видимо, я и правда крутилась во сне. Расстегнула карман, и когда выползала из под навеса...

В его руке - женское складное зеркальце с аметистами на крышечке. А с другой стороны витиеватая гравировка "Божена" и мой графичный профиль с локоном волос.

Сначала хочу сказать, нет, не моё! А потом... Ну, а чьё?! Слишком очевидное враньё.

Инстинкты воют, что слишком очевидное враньё опаснее прокола. И я забираю у него с руки, решительно пряча в карман. Лицо полыхает.

Как это оправдать?! Не имея голоса! Ведь сейчас будут вопросы. Я и так на грани разоблачения.

— Девушки твоей?

О-о-о... - дрожа вырывается дыхание.

О, Боже, спасибо тебе, человек! Спасибо!! Твоя версия единственно возможная.

Словно гора падает с плеч.

Киваю.

— Красивая у тебя девушка...

Пацаны, проявляя себя, потихоньку обрастают позывными. И кроме как переставлять ноги, становятся способны воспринимать информацию. Танго прокачивает их по ориентированию зимой.