Книга Сделай это со мной снова, страница 91 – Янка Рам

— Ты сумасшедший? Кого я спрашиваю, боже?!..

— Я надеюсь, что ты остынешь, Мия.

— А я надеюсь, что Вы остынете. Ко мне.

Но от этой мысли, что он может остыть… А ведь так и будет. Так обязательно будет.

Но от этой мысли мне хочется рыдать от тоски.

— Хватит.

— Ты сделал мне больно.

— Я заранее извинился.

— И все?!

— Скажи, что нужно ещё. Я сделаю.

— Тебе живых людей не надо трогать, Хан. Особенно девушек. Будет как с Лилией…

— Удар ниже пояса.

— Или как со мной.

— А как с тобой, Мия?

Размазываю по лицу слёзы, глядя в окно. И чем сильнее стараюсь перестать, тем судорожнее мое тихое дыхание.

— Что я не так сказал, Мия? — хрипло. — Вслух. Пожалуйста…

Ему не идёт "пожалуйста". Он и произносит его через силу. Первый раз слышу из его уст.

— Фамадихана!*

— Не понимаю я твой птичий!

— Убить… а через время выкопать труп, чтобы танцевать с ним.

— Зачем это?!

— Они уверены, что это способ выражения любви и уважения. Ты, мне кажется, тоже.

Задумчиво дёргает бровями. На лице со скрипом отражается работа мозгов.

Может, хоть так до него дойдет.

— Я не закапывал. Ты сама закапываешься.

Ой, всё! Это безнадежно.

Достаю салфетки, вытираю лицо.

— Как прошла твоя встреча? Вспомнила? — сдержанно.

— Нет. Но встреча моя прошла хорошо. Очень жаль, что ты её прервал.

Подрагивающим голосом отчитываюсь я. Хочется бить его в ответ. Чтобы пробить этот невыносимый панцирь!

— Как тебе Алексей? — уже с каплей яда.

Я никогда не скажу вслух "как мне Алексей". Потому что это был не тот момент, чтобы делать выводы о мужчине! Или как раз тот?? Я запуталась. Я устала…

— А мне не зашёл твой Алексей. Олень какой-то невнятный… — высокомерно закатывает глаза.

— Он хороший парень.

— Нда? — грозно. — Чем хороший?

Чем?.. Да откуда я знаю?! Мы и полчаса не пообщались.

Закрываю глаза ладонью.

Я ужасно себе сегодня не нравлюсь. Какая-то размазня. Чувствую себя маленькой и слабой. И весь мир — против меня.

И хочется соврать, чтобы не ехать с ним. Что меня мучает страшная мигрень. Но он же тогда повезет меня снова по врачам. И не слезет, пока меня снова не измучают там.

Да и просто не хочется больше врать. На этом поле я игрок никакой. Не стоит и начинать.

— К врачу?

— Я в порядке.

Откручиваю крышку, делаю глоток воды.

Машина заезжает в его подземный гараж.

— У тебя есть два часа на мейкап и укладку. Белье, платье, туфли — в пакетах в гостиной. По возможности быстрее, мы опаздываем.

Мне открывают дверь.

— Туда я больше не поднимусь никогда.

— Почему?

— Эта квартира меня не любила. Мне даже не дали от нее ключа.

— Я добавлю твои "пальцы" в систему.

— Нет. Теперь я ее не люблю. Она не получит мои "пальцы". И вообще, я поеду так. В контракте не написано какого стиля одежды я должна придерживаться.

— Как пожелаешь. Мне все равно. Это, скорее, для тебя. Чтобы ты не чувствовала неловкости на банкете.

Я точно ее буду чувствовать. Но даже не смотрюсь в зеркальце.

Прячу нос в большой воротник белого свитера крупной вязки.

Как зомби следую за ним, не особо разглядывая антураж.

Неужели он не чувствует, как мне тяжело идти к людям сейчас?

Ничего не чувствует этот камень!

* ФАМАДИХАНА — дикий обычай на Мадагаскаре, выкапывать мертвецов, чтобы весело провести с ними праздник.