Книга Не красавица и Чудовище, страница 39 – Янка Рам

Сердце нервно ёкает в груди. Что ожидать от этой женщины? Она же как тот самый пресловутый трехлетка - если вдруг в доме тишина, вероятно где-то происходит пиздец с его участием.

А может, Оскар уже зашёл в гости? Уверен, он зайдёт пообщаться перед тем, как грохнуть меня, если решится.

На автомате трогаю ствол - при мне ли. При мне.

— Белла! - выхожу в коридор.

Выглядывает из одной из дверей.

Уф...

— Что ты там делаешь?

— У меня замёрзли ноги. А в этой комнате в шкафу были пушистые белые тапочки, когда я убиралась.

— Давай-ка повременим с белыми тапочками, ты мне нужна живая. Иди сюда.

Тащит в руке огромную шляпу мухомора.

— А это что?

— Ну вам же не нужна, правда? Можно я заберу себе? - надевает. - Мне, кажется, идёт.

Откуда тут костюм мухомора? Извлекла его из параллельной реальности, что ли?

— Там новогодние костюмы. Хотите Деда мороза?

— Хочу Мухомор.

— Мухомор - мой!

Лямка платья сползла, подчеркнув изящное плечо и оголив выразительную ключицу.

И такая она... неидеально очаровательная идиотка, просто прелесть!

— Прекрасно. Твой фасон.

— Спасибо. Мне кажется, к этой шляпе нужен кальян, - пьяно облизывает губы.

— Чем могу... - протягиваю ей сигарету.

— Вы научите меня плохому, - забирает из моих рук.

— С удовольствием.

Прикуриваю ей.

— Меня нельзя увольнять. Как я по вашему должна вернуться к привычной жизни? Это не гуманно.

— Да не дай Бог. Живи лучше мухомором.

Страдающе закашливается.

— Нет, надо все-таки загадочно сидеть на окне, чтобы это было красиво.

— Прошу. Окно в твоем распоряжении.

Присев на подоконник, смотрит в окно. Не без удовольствия, пытаюсь представить как это выглядит с улицы с свете ночника. Этот гриб с сигаретой на окне.

Тихо посмеиваюсь.

Разглядывая ее плечико, снимаю часы с запястья. Они стальные, могут поцарапать.

Стягиваю водолазку.

— Что это вы делаете? - подозрительно.

Забираю сигарету, делая затяжку и выкидывает в приоткрытое окно. Наши плечи соприкасаются, когда наклоняюсь.

— Даю инструкции... Первая. Записываешь?

— У меня ручки нет.

— У меня есть маркер.

Поднимаю с тумбы.

— И листочка... - кусает губы.

— Это ничего...

Веду ладонью по ее спине, заставляя упасть и вторую бретель.

Стягиваю за талию с подоконника.

— Пункт первый... - вывожу цифру по ее пышной груди, топя маркер. - Секс...

Первая моя мысль при виде слова "секс" на моей слишком откровенно оголенной груди вызывает панику. И вопрос, а как я буду объяснять эту красную надпись Косте?! Она же не ототрется!

Ты лучше думай, как ты будешь объяснять сам секс с икселем, "Изабелла".

Мне кажется горячим даже воздух, который я вдыхаю.

Подоконники довольно высокие. И его член целится в меня, примерно на уровне грехопадения.

— Восклицательный знак, предлагаю поставить... - перевернув маркер ведёт по моему телу вниз, упирается им в лобок. - Здесь.

— А пункт два? - зачем-то уточняю я.

— Пункт два - упреждающий.

Поймав мои пальцы, целует их, глядя мне в глаза.

Бо-о-ожечки...

Только за одно это ты обязана ему дать, Белка! Никто, никогда не целовал тебе руки.

Моя нога, словно умеет, изящно ложится на вторую, изображая более влекущую позу.

Конечно, возомнила о себе всякое, после его ремарки "ноги свои красивые не переломай".

— Если ты мне сымитируешь хоть что-то... - не спеша нацеловывает мои пальцы, проникновенно обещая мне явно какие-то неземные удовольствия. - Я буду лупить по твоей сочной заднице, пока ты не кончишь. Для начала.