Книга Не красавица и Чудовище, страница 99 – Янка Рам

— Не день, а сплошной стресс.

В комнате для допросов играем с генералом Зольниковым в шахматы.

Передо мной бланк из загса. Нужно поставить подписи...

Я просил какого-нибудь лаборанта в жены, я его получил. Белла.

Ставить подпись не хочу. Потому что Изабелла заслуживает как минимум предложения. И хмурясь, поглядываю на бумаги.

— Сомневаетесь?

— Нет.

— Так подпишите.

— Нет...

Меня уже несколько дней торгуют как разорившуюся герцогиню с завидный титулом. Не напрямую, конечно. Иносказательно. А я ломаюсь как девственница с тридцатилетним стажем.

— Виктор Алексеевич... - съедаю его офицера. - Без "офицера" строй слабее.

— Безусловно. Но, знаете ли, Марк Сергеевич, иногда приходится отдать офицера, чтобы дойти пешкой до конца доски и вернуть его ферзем.

— Ну неужели нет другого человека на ваши миссии? Какой из меня дипломат?

— Не каждого "другого" я хочу видеть в своей команде. Фигуры, знаете ли, бывают разного цвета.

— Нда... Но я очень нужен там, где я есть. Отдел никогда не работал так эффективно. Вы его обезглавите.

— Не отрицаю. Но у вас счет на жертвы десятками, а у меня тясячами. Это оправдывает все, что угодно.

— Тем более, - игнорирую его, отдавая пешку, - на мне все равно уже чёрная метка.

От моего генерала. Трусливая сволочь.

Съедает моего ферзя.

— Видите, генеральские погоны вовсе не защищают от умного противника.

Это обещание снести головы моим "обидчикам"?

— Я не мстителен. Если человек на своём месте, я предпочту оставить его там.

— Человек на своем месте конкуренции не боится. И точно не ослабляет команду.

— Согласен. Есть кандидаты на это место?

— Всегда есть кандидаты...

Смотрю на позиции фигур. Я проиграл. Ходов через шесть.

— Вы просто кардинал Ришелье, Виктор Алексеевич... Но, подозреваю, козыри еще впереди?

— Ну что Вы, Марк Сергеевич, какие козыри? Так... новости... Развлечь вас?

— Буду обязан...

Меняемся фигурами.

— Вы думаете, я на вас давлю?

Как пресс для шасси самолётов!

— Нет, на самом деле. Я вас уговариваю. Но отказ приму.

— Но вы мне его конечно же не советуете?

— Взываю к патриотизму. Наши задачи выше ваших задач.

— А что у нас с новостями?

— Оскар мертв... повторный инфаркт.

— Мать его... Скорблю, - рычу я.

— Мхм... Неудобно получилось. Врачи говорят, повторный инфаркт вызвали галлюцинации с некой Натальей.

— Нда?

— Но галлюцинации эти были не только у него. Но и у его охраны. Не подскажите, как психотерапевт, как такое бывает?

Изабелла?! Прибью, заразу...

— Бывает... индуцированный психоз...

— Какая нервная охрана, однако. Шах!

Да, теперь никаких признательных показаний от Оскара. Черт!

Ухожу от нападения. Генерал ведет пешку к концу поля, как обещал.

У меня только пешка и король.

— Ты посмотри, как пешка борется... за тебя, - зажимает ее. - Редкое качество. Я бы не стал бросать такую пешку на произвол судьбы.

Увожу пешку. Да понятен мне ваш месседж. Я и не собираюсь - бросать.

— Надеюсь, моя пешка в безопасности? - снова увожу ее, забивая на короля.

— На самом деле, "пешка" вовсе и не пешка, а всадник на коне. Ходит она непредсказуемой буквой "Г".

Вот это точно про Изабеллу!

— В смысле? - зависаю с фигурой в руке.

— Удивительная история... Судья по вашему делу получил крупную сумму от Оскара.