Книга Комната с видом на лето, страница 34 – Элиза Дж. Скотт

Она довольно улыбалась.

— Стелла! — Хихикнув, Мэгги прижала руку ко рту.

— Не могу дождаться, когда пойдут сплетни о том, какой запашок он распространяет, — закончила Стелла, захлебываясь от смеха.

— Но он наверняка поймет, что это ты, — сказала Флорри.

— Не волнуйся, он заслужил это. Нечего изменять любимой жене и врать мне. Ему повезло, что я не сделала больше. Если бы я расстроилась по-настоящему, я бы отыскала его трусы и положила несколько креветок туда. Это бы точно положило конец его похождениям.

— Напомните мне никогда не обижать Стеллу. — Ларк так смеялась, что по ее щекам потекли слезы.

— Ну если хотите знать мое мнение, от всего этого дурно пахнет, — сказала Жасмин, сохраняя невозмутимое выражение лица, но потом тоже разразилась смехом.

Флорри застонала:

— Жасмин, это низко.

— А как обстоят дела с Джеромом? — спросила Мэгги.

— Все нормально, он, очевидно, так ничего и не понял, хотя я больше не буду принимать приглашения на ужин в доме его родителей. Никто из нас не думает, что из этого что-то выйдет что-то серьезное. — Она пожала плечами. — Так, небольшое развлечение без обязательств.

— Даже если так, тебе надо держать нас в курсе ситуации с креветками, — попросила Жасмин.

— О, не беспокойтесь, обещаю. Слухи в нашей среде распространяются быстро — адвокаты те еще сплетники, — и я подозреваю, что пройдет совсем немного времени, как я услышу кое-что интересное.

Искры ликования в голубых глазах Стеллы заставили Флорри улыбнуться.

Когда вечер подошел к концу, на сердце у нее, убитой горем, стало немного легче. Она была благодарна подругам за то, что они пришли без предупреждения. Если бы они позвонили заранее, она не пустила бы их на порог, заявив, что не готова к этому. Поэтому они и не стали ей ничего говорить. Но она была рада их компании, дружеские посиделки смягчили остроту ее печали, как все и надеялись.

Полторы недели, последовавшие за тем ужасным утром, в который Флорри обнаружила мистера Харта, пролетели как в тумане. В те дни, когда она открывала книжный и трудилась там, как обычно, — на что, по словам адвоката мистера Харта, она имела полное право, — она встречала покупателей на автопилоте. Не успела Флорри опомниться, как настал день похорон. Словно предчувствуя надвигающуюся грусть, установилась мрачная и безрадостная погода, над морем, подобно савану, нависала дымка, окутывая дома и скрывая даже малейший проблеск радости. Мистер Харт был любим многими, и церковь оказалась набита битком. Тем, кому не посчастливилось занять места на скамьях, пришлось стоять в конце зала. Даже проход был переполнен, и скорбящие высыпали на тротуар за пределами церкви.

Потом все собрались в «Моряке-весельчаке», где Мэнди устроила поминки. На заднем плане тихо играла любимая классическая музыка мистера Харта, и, хотя в пабе было многолюдно, беседа текла негромко, как и подобало по такому мрачному случаю.

— Мэнди все устроила честь по чести: приготовила блюда, что он любил, — сказал отец Флорри, жуя сосиску в тесте и показывая в сторону стола рукой, в которой он уже сжимал пинту пива.

— Так и есть, — согласилась Флорри, потирая виски, ее глаза были красными и опухшими от слез.

Она чувствовала оцепенение. Воспоминания о том, как она застала мистера Харта в гостиной, все еще были свежими и болезненными. У нее раскалывалась голова, и, несмотря на то что еда выглядела аппетитно, у бедняжки не было сил есть. Она устало оглядела зал.