Книга Неидеальный спор, страница 106 – Саша Керн

— Ничего не сюр. Представь, как раньше влюблялись по переписке и коротким взглядам в церкви или на улице.

— То есть ты получаешь от этого удовольствие? – ухмыльнулся Астахов, подходя ближе.

Но я ничего не ответила, перебирая в голове героев любимых романов.

— А я, признаться, нет. Если б ты только знала, какие мне сны снятся каждую ночь…

Он смущённо прошёлся рукой по затылку и выдохнул.

— Представляю, – ответила я. – Но не знаю, что делать.

— У меня предложение, – он подошёл и обнял меня, сцепив руки на моей пояснице.

— Пусть только это будет не чья-то квартира и очередная вечеринка, – бросила я, поёжившись.

— Нет. Это будет мой дом.

Я недоверчиво посмотрела на него. Что он задумал? Ускорить развязку? Наконец бросить меня? Тысячи мыслей вертелись в голове, мне хотелось поймать за хвост хотя бы одну и обдумать её более тщательно, но слова Никиты создавали туман, и думать было сложно.

— И там не будет вечеринки. Только мы.

— Но…

— Они все уезжают на майские праздники. Каждый год одно и то же – море, солнце. Я отказался. Едут вместе с мачехой и мелкой.

— И отец так просто согласился?

— Нет, не просто. Буду заниматься с репетиторами по два часа в день. Но зато у нас будут пять дней вдвоём.

— Никит, я не…

Я попыталась вырваться из его рук, чтобы немного прийти в себя и осознать, что он говорит и что делать мне.

Если рассуждать здраво, то получалось, что это конец, что мне придётся сделать выбор – поехать к нему домой, провести эти дни, наслаждаясь близостью, а потом… Потом просто бросить его и сделать вид, что я остаюсь с Репиным?

В груди заныло. Может, Андрей оказался прав, и в этот раз для меня это уже не игра? Как-то нужно было определиться, чего я хочу.

— Подожди. Не отказывайся сразу.

Он обошёл меня и встал напротив, взял за руку и потряс её, призывая поднять голову и встретиться с ним взглядом. Я пока не могла.

— Это эгоистично, я понимаю. Но я хочу сидеть с тобой рядом, смотреть фильмы, читать книги, хочу быть с тобой, целовать, обнимать…

— Перестань, – я выдернула руку и посмотрела на него. – Ты просто хочешь переспать со мной.

— Вика…

По лицу было видно, что он обижен, но мне хотелось его уколоть, почему-то я всё ещё пыталась сопротивляться нашему взаимному притяжению друг к другу. Хотя, скорее всего, я сопротивлялась тому, чем всё это должно было закончиться. Тому, что когда-нибудь это должно закончиться.

— Я не буду врать, что думаю об этом практически двадцать четыре часа в сутки. Но это не главное. Я просто хочу, чтобы мы были нормальными.

Теперь обе его ладони запутались у него в волосах, и, сцепив пальцы на затылке, он посмотрел в небо, а потом на меня.

— Я просто хочу побыть с тобой, без оглядки на время до звонка на урок, на то, что нас засечёт камера в школе, что кто-то проболтается или просто случайно расскажет.

— Но ведь он всё равно узнает, – настороженно сказала я.

— Узнает, – нервно согласился он. – Но будет далеко и ничего не сможет сделать. А потом будет уже всё равно.

Последние слова он практически выкрикнул, как будто злился на кого-то.

Я подошла и обняла его за талию, а он обнял меня. И слов было больше не нужно.

Потом были песни под гитару, которую притащила Сатэ, смех до слёз от анекдотов Дани, взгляды и намёки от Андрея, прощальный поцелуй и слова надежды от Никиты, а между ними – мысли по кругу о том, что всё это должно иметь логический конец, который для всех придумала я сама.