Книга Завтрак для фанатки, страница 103 – Саша Керн

— Скажи что-нибудь, – умолял он. – Скажи, что все мои опасения напрасны. Скажи, что я болван, что я дурак, что я все придумал себе. Что ты просто отвечаешь ему из вежливости. Скажи хоть что-то!

Он уткнулся лбом в мою макушку и молча ждал ответа.

— Скажи мне эти чертовы слова! – всплеснув руками, вдруг выкрикнул он и посмотрел мне в глаза.

Большой железный замок на сейфе с воспоминаниями и мечтами щелкнул и запер все мои разбросанные мысли и желания на неопределенный срок, скорее, на всю жизнь. Я взяла Тома за руки, заглянула ему в глаза и, собравшись, произнесла:

— Том, я люблю тебя. Мне никто другой не нужен. – Оказалось, соврать легко. У меня даже не было угрызений совести. Говорят, когда любишь по-настоящему, произнести эти слова сложнее. Не знаю… Сейчас у меня будто камень с груди упал, дышалось легче.

Он уже был готов наброситься на меня с поцелуем, но я указательным пальцем прислонилась к его губам, останавливая.

— Но ты должен доверять мне, Том. Это всего лишь премьера фильма. И всего лишь сообщения без намека на какой-либо флирт.

— Я постараюсь, – безысходно ответил он. – Приложу для этого все усилия.

И он приложил, подхватив меня под колени, закружил, поцеловав так, что я забыла, о чем мы спорили. Его васильки сияли больше прежнего, а улыбка была самой радостной за все время нашего знакомства.

Но теперь нас разделяли океан и тысячи миль.

— Так ты пойдешь или нет? – настойчиво задавал он вопрос, на который желал услышать отрицательный ответ.

— Том, ты обещал не пить, – старалась я сменить тему.

— Мне плохо. Ты понимаешь? Мне плохо от того, что через несколько дней он будет рядом с тобой, а я нет. Я пью, потому что боюсь сорваться и прилететь! Черт! – Он выкрикнул последние слова.

— Том, пожалуйста. Это просто премьера. Я приду, посмотрю фильм, и все. У нас даже не будет возможности поговорить. Ты же сам знаешь, что бывает на таких мероприятиях, – успокаивала его я.

— В том-то и дело, что я знаю. Я знаю, что он не упустит возможности, – растерянным голосом говорил Том.

— Том, он твой друг. Неужели ты забыл это? – удивлялась я. Мне хотелось побывать на премьере фильма. Любой бы на моем месте мечтал об этом, но из-за ревности и недоверия парня, который меня ужасно бесил этой своей чертой характера, я должна была пропустить такое событие. Не слишком ли это эгоистично?!

— Нет. Не забыл! – резко бросил он.

— Хорошо, милый. Я сейчас приму душ, позавтракаю, а ты пойдешь отдыхать, а потом мы поговорим, – утешала я.

— А ты что будешь делать весь день?

— Поеду к подруге, – спокойно отвечала я, чтобы не возвращаться к предмету ссоры.

— А твой коллега сегодня к тебе не заедет? – вопрос был осторожным, но глупым.

Наверное, именно поэтому я и вспылила:

— Том, это переходит все рамки! Ты теперь будешь ревновать меня к каждому столбу?

— Прости. Прости. Я тебя люблю, – произнес нежно он. – Пожалуйста, не ходи на премьеру.

— Том! – Мне хотелось плакать, такого напора я от него никак не ожидала. Я не думала, что и здесь он захочет выиграть, настоять на своем. Лондон я ему уступила… но премьера…

— Настя, ты же хотела начать новую жизнь. Помнишь, ты говорила, что хочешь начать ее со мной? Так вот, я готов на все ради тебя. А ты? На что ты готова ради нас? – Это был удар под дых. Самый больной, самый безответный, самый ужасный удар из всех. Я не могла больше сопротивляться. У меня не было сил. Просто не было сил. Я давно поняла, что Том во всем, абсолютно во всем прав, он правильно не доверял мне, потому что если бы я сама себя спросила, то тоже перестала бы доверять. Страуд знал, что, стоит мне увидеть Коула, все мои обещания и запреты растворятся, словно их и не было. И я потеряю все, что мы так трепетно создавали с ним.