Книга Завтрак для фанатки, страница 111 – Саша Керн

— Не было. Там был Лондон, восторги и ничего про нас и про меня.

— Это удивило? – Если бы он только знал, как я сейчас сердилась.

— Да, – у него сорвался голос. – Потом ты опять приехала, разрешить ситуацию с машиной никак не получалось без тебя.

— Даже деньги не помогли?

— Нет.

— Пожалуйста, не злись, прости, прости меня. Понимаешь, у Скар вышла неприятная ситуация, она познакомилась с парнем в баре, они несколько дней встречались, завязались отношения, а потом он пропал. И через неделю вышла статья в одном из желтых изданий. Фото и статью начали репостить другие СМИ. Это был кошмар для нее. Часть ее жизни была предана огласке. Ее интимная часть.

Закрыв глаза, я помотала головой, прогоняя все свои надежды, ругая себя за глупость и вот эти вот мурашки, которые топтали меня несколько минут назад. Коул опустил глаза, чувствуя стыд. Если у актеров вообще есть такие чувства.

— И?

— Тогда я решил с тобой поговорить, пришел к тебе, но что я мог предъявить? – желваки на его скулах напряглись.

— Ты меня поцеловал, Натан! – вырвалось у меня.

— Прости. Я не знаю, что я хотел доказать. Пытался вывести тебя из равновесия или хотел, чтобы ты быстрее слила всю информацию куда-то в прессу. Чтобы это все закончилось и никому не принесло боли. – Он вскочил, говоря последние слова.

— И ты ответил на мой поцелуй, – напомнила я. – Это был ты, я вспомнила.

— Я… – ответил Коул, отвернувшись к окну. Он спрятал ладони в карманах, все еще не смотря на меня. Я видела только, как кадык то взлетает вверх, то опускается вниз.

— Что?

— Я продолжал играть свою роль. Понимаешь, Ник запаниковал, он решил…

— Играть свою роль?!

— Выслушай до конца. Он решил, что вдруг это все намного сложнее. У нас контракты, обязательства. И можно, конечно, не думать о них, но иногда бывает так, что ты летишь вниз слишком быстро, и никто уже не сможет помочь. Команда фильма решила…

— Играть… – повторила с горечью я его слова и закрыла руками лицо, стараясь не расплакаться. – И поэтому ты устроил этот концерт, выгнав меня?

— Нет. Отчасти. Я запутался, нужно было прекратить все это. Ты втерлась в доверие к моей матери, к сестре. Ты запутала нас всех.

— Ты сказал Лиззи, что тот поцелуй что-то значил.

— Что я еще ей должен был сказать? Правду? Что я нервнобольной психопат, ожидающий подвоха от каждого человека?! Что из-за этого я подвергаюсь паническим атакам?

— Правду, Натан. Ты должен был сказать им правду. А ты заигрался…

— Я всего лишь хотел уберечь свою семью! – Его взгляд горел. Он действительно был готов на все ради своих близких. Жаль, я к ним не относилась.

Я стерла слезы со щек.

— Отлично. Все будет отлично. Просто скажи, для чего тогда все это сейчас?

— Я не знаю, – безысходно ответил он.

— А кто знает? – психанула я, поднимая с пола сумку, которая упала во время разговора. – Или проверка еще не окончена?

— Хватит, Стася! – крикнул он. – Мне тоже тяжело. Я не железный…

Я на минуту остановилась и уставилась на него.

— Тебе тяжело? Из-за чего? Скажи. Давай… скажи. Я не выгоняла тебя из дома. Не строчила сообщения. Не присылала к тебе Тома… Надеюсь, Том – это не проверка? – бросила я.

— Нет. Том – это Том. Он сам по себе, – ответил раздраженно Коул.

— Слава богу, – выдохнула я. – Потому что, знаешь, даже если он играет, он хотя бы знает, ради чего все это. Он хотя бы говорит мне, что чувствует и чего хочет.