Книга Завтрак для фанатки, страница 208 – Саша Керн

— Он сказал, что ты его бросила. Настя, ты сказала, что не любишь его.

— Я вижу, вы уже пообщались.

— У него никого нет ближе, кроме семьи.

— Я не знаю, что он сказал, Лиз, но так будет лучше для всех.

— Меня не интересуют все эти люди. Только мой брат и… ты… Почему ты так поступила? Ведь он…

— Не надо, Лиззи. Ты все прекрасно знаешь и понимаешь, почему я так поступила. И он все понял. Он большой мальчик, у него было время подумать, но решила за нас я.

Она заморгала.

— Я разговаривала с ним только сегодня утром. Он не находит себе места. – Она взяла меня за руку и заискивающе заглянула в глаза. – Он понимает, что сделал что-то не так. Он не хотел тебя отпускать. Настя, это все неправильно.

— Да, Лиз. – Я погладила ее по плечу. – Я постоянно совершаю неправильные поступки. Поэтому-то я и хочу, чтобы он был свободен и счастлив. Чтобы он не мучился из-за выбора и осознания своей значимости в моей никчемной жизни. Я хочу, чтобы он жил так, как раньше. Без этих обязательств передо мной. Их у него и так хватает.

Я перевела дыхание, рассматривая Лиззи. Я понимала, что она переживает за брата. Я и сама всегда за всех переживала. И, даже живя здесь, за много километров от них, я не переставала о них думать и переживать.

— Никто не говорил, что будет легко.

— Прости, но никто не говорил, что будет так тяжело.

— Настя, за любовь надо бороться. Понимаешь? – Она обняла меня, и я положила голову ей на плечо.

— Но не со всем миром… Я слишком слаба для этого.

— Вас двое.

— Нет. Нас больше нет. Нас не стало тогда, когда я увидела в глазах Джонатана сожаление и неуверенность. Я не хочу, чтобы он переступал через себя. Это слишком большая плата.

Я посмотрела на нее с улыбкой, и мы обнялись как старые друзья.

— Надеюсь, я все еще останусь твоей подругой, – утвердительно произнесла она.

— Конечно.

* * *

Собрав вещи, я решила сделать то, чего от меня, наверное, никто не ожидал, даже сама я. Собравшись мыслями, приехала в Ноттинг-Хилл к дому Коулов и нажала звонок.

Стыд терзал меня все последние дни, я не могла остаться в Англии, не могла по многим причинам, потому что не знала, что буду делать там, где была настолько счастлива. Не знала, как смогу не общаться с людьми, которые ко мне так тепло относились, верили мне и надеялись на что-то. И потому что он мог приехать, и тогда бы я не смогла устоять. А я заключила договор и даже получила свою часть по нему – билет до Москвы и пять тысяч долларов. Я продала себя, потому что денег у меня не было совсем. Так что оставалось одно – не занимать чужого места и вернуться назад, к семье, в глубинку, где никто не смог бы меня отыскать, и постараться просто жить.

— Настя?

Клер явно не ожидала увидеть меня, но я хотела расставить все точки над i и попросить прощения.

Она впустила меня в дом и пригласила в гостиную. Какое-то время мы просто сидели на диване, не зная, что сказать друг другу. Я не знала, как оправдаться перед ней, а она, наверное, не знала, о чем вообще со мной разговаривать. Между нами курсировало молчаливое понимание того, что что-то случилось, и прошлое безвозвратно ушло именно в прошлое, что ничего нельзя повернуть вспять, а можно только покаяться и отпустить.

— Я смотрела сегодня новости в интернете, – наконец заговорила она, и мы посмотрели друг на друга.