Книга Завтрак для фанатки, страница 91 – Саша Керн

— Не спится? – спросил он, подойдя ко мне. – Жалеешь о том, что произошло?

Я улыбнулась, но, видимо, я вообще не способна скрыть то, что написано на лице.

— Нет, просто не спится, – ответила я.

Том повернул меня к себе лицом и нежно обнял, поглаживая спину, словно убаюкивая, как маленькую девочку.

— Все будет хорошо, – прошептал он в ухо. Его шепот прошелся мурашками по спине. – Я обещаю. Ты будешь счастливой.

— Том… Не надо давать обещаний, которые ты не можешь выполнить.

— С чего ты взяла, что я их не выполню? – удивился он и заглянул мне в глаза.

— Просто ты понятия не имеешь, что может сделать меня счастливой.

— А ты скажи. Только одно слово, и я сделаю все, что ты пожелаешь, – самоуверенно произнес он.

Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Мы просто стояли и изучающе смотрели друг на друга. Интересно, о чем сейчас думал Том? Я думала только о том, каково бы это было, если бы на его месте стоял сейчас кто-то другой. И эти мысли мучили меня, поэтому я попыталась высвободиться из его рук, когда на кухне включился свет, и Злыдня Петровна провозгласила:

— Срань Господня! Ничего себе друг!

Она стояла в дверях и даже не пыталась отвести взгляда от сексуально-оголенной попки Тома.

— Тебе лучше вернуться в комнату, – с улыбкой произнесла я, думая о том, как он теперь собирается дефилировать мимо Тамары Петровны.

Но он не растерялся, лишь хитро подмигнул, схватив сковородку, стоявшую на плите. Слава богу, она была пустой и чистой. Он прислонил ее к причинному месту и, шлепая по полу голыми ногами, стал пробираться из кухни мимо засланного разведчика «Злыдень».

Тамара Петровна проводила его попку взглядом, готовым расстрелять все, что попадется под прицел. Но когда за Томом хлопнула дверь комнаты, то она повернулась ко мне и рявкнула:

— Я же предупреждала! Никаких мужиков.

По щеке скатилась тонкая струйка соленого счастья, и я отвернулась и стала считать прохожих. Не знаю, что там решала для себя Злыдня Петровна, но через минуту ее рука легла на мое плечо, и она, как-то совсем непривычно для меня, заговорила теплым и приветливым тоном:

— Девочка, что произошло? На тебе лица нет.

— Все хорошо, – ответила я.

— Он тебя обидел?

— Нет. Я сама себя обидела, – язвительно заметила я.

— Я уж не думаю, что парень с такой задницей, – я кисло улыбнулась, повернув к ней лицо, – может натворить что-то…

— Нет. Он хороший человек. Это я, мне кажется, дрянь.

— Ну-ну. Еще из-за мужиков плакать. Не стоят они наших слез! – заверила она. – Ни одного такого нет!

— Да-а… – многозначительно протянула я и смахнула еще одну слезу.

— Дрянь – это та, которая говорит одному люблю, а сама спит с другими. А ты говорила, что любишь? – успокаивала Тамара Петровна.

— Только раз в своей жизни. Но это было давно…

— Так чего тогда так убиваться, дорогая? Ты молода, красива, вся жизнь у тебя еще впереди. Наслаждайся тем, что она тебе дает. Живи без оглядки на прошлое. Ведь что в прошлом? Его не вернуть. Заполни жизнь яркими красками, к тому же у тебя и помощник есть, – и она махнула рукой в сторону моей комнаты. – Я бы от такого тоже не отказалась.

Я усмехнулась и тоже ее обняла.

— Спасибо вам.

— Не за что. И постарайтесь в следующий раз быть потише.

Я смутилась и покраснела, опустив глаза.