Книга Форвард, страница 147 – Айли Фриман

Он недовольно посмотрел на разбросанные по полу вещи, которые упали со столика.

— И что за бардак вы устроили в комнате? Убирались бы хоть иногда. – Тренер покачал головой. – Ладно, спокойной ночи.

Потом он улыбнулся мне и наконец ушел. Я закрыл за ним дверь и с облегчением выдохнул. Дверца шкафа с тихим скрипом приоткрылась, и Матвей вывалился из него вместе с коробками и несколькими рубашками.

— Тише ты!

— Почему ты не выдал меня? – Гордеев смотрел на меня с искренним удивлением.

— Если бы тренер застал тебя пьяным перед завтрашней игрой, ты бы конкретно встрял.

— Вот именно. – Матвей продолжал недоумевать. – Тебе же это на руку, Королев. Такой шанс отомстить!

— Он мог отстранить тебя от игры, а ты нужен на поле.

— Ты непробиваемый, да?

— Ты о чем? – Я уже начинал сердиться. – Ну хочешь, я догоню его и приведу сюда? Чем ты недоволен, Матвей?

— Ты не выдал меня. – Он с какой-то смертельной усталостью опустился на пол и уселся по-турецки.

— Мы же обсудили, что играем в одной команде. И следующий матч уже не товарищеский. Завтра все будет зависеть только от того, будет наша цель общей или нет.

— Королев, ты сейчас просто добьешь меня. – С этими словами Матвей поставил локти в колени и уткнулся лицом в ладони.

— Удали видео, – еще раз попросил я. – Я не хочу разногласий во время игр.

Матвей молча полез в карман, достал телефон и принялся листать галерею. Затем повернул ко мне экран смартфона и показал, как отправил файл в корзину, после чего очистил ее.

— Ты сказал, что сохранил несколько копий.

— Нет, я просто тебя пугал. Все удалено, не переживай. Самому надоело, знаешь ли. Поиграл и хватит. Теперь я хочу играть в футбол, хочу побеждать. Давай просто вырвемся вперед в гребаной турнирной таблице среди клубов по региону для начала.

— Я рад, что мы поняли друг друга.

Гордеев поднял на меня растерянный взгляд. Сейчас он был совершенно не похож на привычного Матвея Гордеева, самоуверенного мажора, привыкшего получать все, чего пожелает. Он выглядел как призрак самого себя – полный раскаяния и какой-то глубокой, скрытой печали. Он казался потерянным и одиноким. Я понимал, что сейчас товарищ по команде нуждается в моей поддержке.

Я сел напротив него, повторив его позу, чтобы показать, что я рядом, что понимаю его. Мы смотрели друг на друга, и в этот момент между нами возникла какая-то невидимая связь, словно мы стали частью друг друга.

— Я хочу играть на позиции голкипера, – вдруг признался Матвей. – Я завидую Рыжему и хочу стоять на воротах вместо него.

Я молчал, чтобы он мог продолжить. Я догадывался, что за этим что-то последует.

— Но отец все решил за меня. По его мнению, играть на позиции форварда гораздо престижнее. Форвард всегда в центре внимания, он может стать решающим игроком в матче, забив гол, который принесет победу команде. Амплуа голкипера ценится мало.

— Но это неправда. Голкипер – последняя линия обороны, он может спасти игру, совершив важные сейвы. Ты же это сам понимаешь. Почему твой отец против того, чтобы ты стоял на воротах? Он вообще видел тебя в действии? Будучи вратарем нашей команды, ты бы принес больше пользы, чем Рыжий. Не в обиду ему, но у тебя безупречная координация.

— Отец сам в юности играл на позиции голкипера, – сообщил Матвей. – Именно поэтому не хочет, чтобы я повторил его судьбу. Но только он не учел того факта, что в технике игры я превзошел его. Он всегда был в тени, часто лажал, получал нагоняй от команды. В общем, ему не зашло. В итоге он все бросил, не стал дальше развиваться в футболе. И теперь считает, что раз он был неудачником, то и меня ждет та же судьба. Но зато, оставив футбол, он преуспел в бизнесе. Богатство привело его к власти. Он запустил свои щупальца в футбольные клубы. Он сделал так, чтобы меня брали только на позицию нападающего. Вот почему наш тренер никогда не ставит меня в ворота. Я был поражен, когда на тренировке он позволил мне встать туда, тогда я почувствовал себя таким свободным и… на своем месте.