Книга Форвард, страница 175 – Айли Фриман

— Артем, зачем? – спросила я глухим голосом.

— Это твоя песня, – как ни в чем не бывало отозвался он. – Я хочу, чтобы в следующий раз ты сама спела ее.

— Я не хочу.

— Давай, как раньше. В выходные у наших игра. Если они выиграют, ты споешь мне.

— Это манипуляция.

— Это честное пари. Мы так делали уже не раз, если ты забыла.

— А если проиграют?

— Назови цену.

— Тогда ты заберешь свою гитару обратно и отстанешь от меня со своими песнями.

Я протянула ладонь вперед, чтобы скрепить наш спор. Тепло от его касания вызвало мурашки.

* * *

После обеда он заставил меня выйти во двор и там зачитывал мне дурацкие лекции по обществознанию. Я пыталась донести до него, что зря старается, но он был непреклонен.

Каждые три дня Артем уезжал в медицинский центр на реабилитацию. Он никогда не оставлял меня в доме одну, договариваясь с сиделкой, которая приходила в те часы, когда он отсутствовал, и меня это жутко бесило. Я ведь не маленький ребенок и могла сама о себе позаботиться. К счастью, Артем перестал вести себя как в первые дни. Он, кажется, понял свою ошибку и больше не обращался со мной как с фарфоровой куклой. По крайней мере, мне так казалось.

Каждый день он приносил мне гитару, а когда я отказывалась играть, сам пел мою песню. И каждый раз, когда я ее слушала, внутри меня все замирало. Я не могла объяснить, что именно происходило, но была не в силах просить его замолчать. Мне хотелось слышать голос Артема и слова, написанные мной, в его исполнении. Он по-прежнему пел ее от второго лица.

— Это уже не моя песня, – однажды сказала я.

— Это всегда будет только твоя песня, – возразил он. – И твоя энергия всегда будет жить в ней.

И в тот момент я ему поверила.

Я просыпалась каждое утро в ожидании, когда он зайдет в мою комнату и откроет шторы. Звук колец, двигающихся по карнизу, уже ассоциировался у меня с солнечным светом, которого я была лишена.

Артем Королев не был моей нянькой. Он вдруг за пару недель умудрился стать кем-то большим. Он заставлял меня улыбаться даже тогда, когда мне не хотелось этого делать. И меня это чрезвычайно пугало.

А вот его настойчивые и непрекращающиеся попытки подготовить меня к предстоящим экзаменам раздражали. Мы даже не на шутку поругались после того, как я выбросила учебник в бассейн.

Чуть позже я заявилась к Артему в ванную, когда он принимал душ. Да, дверь была закрыта, но у нее была такая ручка, что, если вставить ноготь в разъем и повернуть, она легко поддавалась открытию снаружи.

— Вика! – сквозь шум льющейся воды я услышала его гневный возглас, но лишь ухмыльнулась. – Что ты здесь делаешь?! А ну выходи!

— Просто пришла тебя побесить, чтобы жизнь медом не казалась. Ты меня достал этим дурацким обществознанием!

— Вика! При чем тут обществознание?! Зачем ты вламываешься в ванную?!

— Да не переживай, я все равно ничего не вижу, – хмыкнула я, и передо мной снова возникла сцена из душевой, когда идеально вылепленное тело Королева предстало передо мной во всей своей природной красе. Я хихикнула, внезапно развеселившись.

— Вика!

Мне нравилось, что он нервничает. Интересно, что он сейчас делает? Он по-прежнему стоит за стеклом в кабинке? Или вышел, чтобы взять полотенце?

— Ты бесстыдница.

— Мне было скучно.

— Повеселилась?

— Ты сейчас голый?