Книга Форвард, страница 55 – Айли Фриман

Я снова всмотрелся в клип, а затем выключил его и принялся листать фотографии. Везде вокалистка носила маску. Значит, это ее постоянный образ. Выходит, она не хотела показывать свое лицо.

«Это Вика», – снова проговорил настойчивый голос в моей голове. Черт его возьми, почему он так уверен!

Да, у меня был небольшой провал в памяти из-за дурацкого коктейля, который, как я предполагал, именно Матвей мне подсунул, но, если бы я каким-то образом узнал, что Вика и эта участница группы – один и тот же человек, я бы такое точно никогда не забыл.

Усмехнувшись, я принялся листать дальше. Наткнулся на рекламную афишу о ближайшем концерте. В эту субботу в 19.00 в баре «Пьяный дракон».

Хм. Что за бар? Я нашел его на карте. В другом конце города. Неудобно. Но тем не менее я точно решил, что пойду.

Вика

— Боже мой, Вика, кто только придумывает вам такое? – Отец поморщился, когда досмотрел наш новый клип.

Я сразу говорила, что ему не понравится. Видеоклип казался слишком смелым, дерзким и эротическим, и теперь мне было стыдно смотреть отцу в глаза.

— Тим, – бросила я, и это была правда. Будь моя воля, я бы немного изменила направление нашего творчества. Я любила группу, но мне хотелось меньше пошлости в нашей музыке, и особенно клипах. Из-за их содержания мне и приходилось скрывать свою личность, чтобы не опозорить отца – все-таки он был публичным человеком.

На днях я предложила Тиму сменить концепцию группы, но он даже слушать не захотел. Я привела в пример очень популярную рок-группу Freedom Fly^[5] – вот у кого была стоящая прорывная музыка. Я была на двух их концертах, после которых испытывала моменты наивысшего вдохновения. Эти парни уже не такие новички, как мы, но у них и в начале пути были достойные песни – о свободе, любви, полете и стремлениях души. А с тех пор, как в их команде появилась скрипачка, в музыкальном мире случился настоящий взрыв. Я мечтала добиться такого же ошеломительного успеха, но в рамках «Адского пламени» это казалось невозможным. Конечно, я любила нашу группу, отдавала ей все силы, чтобы мы с ребятами могли дальше взбираться на вершину музыкального Олимпа, но… но музыка должна быть другой. К примеру, такой, как я недавно пыталась сочинить ночью на футбольном стадионе.

В тот момент я чувствовала себя ближе к чему-то великому, к чему-то, что могло бы стать вечным. Моя новая музыка была полна эмоций и энергии. В ней переплетались ноты надежды и отчаяния, радости и боли. Я хотела, чтобы каждый аккорд говорил о стремлении к чему-то большему, о желании вырваться за рамки и найти свой собственный путь, о борьбе с самим собой и о победе.

Я должна была дописать эту песню поскорее и дать послушать ее парням. Может быть, я все же смогу достучаться до них, чтобы мы немного сменили репертуар на что-то более возвышенное.

Внезапно мне вновь захотелось оказаться там, под россыпью звезд, дарящих поистине волшебное вдохновение.

Часы показывали ровно полночь. Недолго думая, я натянула толстовку, схватила акустическую гитару, которая стояла на подставке, и уже хотела упаковать ее в футляр, но тут рука замерла. Я поставила гитару на место, а затем распахнула шкаф, в котором хранился другой инструмент. Возьму ее. Гитару Артема, которую я не без хитрости отобрала у него. На мгновенье мелькнула мысль, а не вернуть ли инструмент обратно, ведь он наверняка по нему скучает… С учетом того, что он вырос в детском доме… Я с досадой прикусила губу, ощущая бесконечную жалость к судьбе этого парня. Нет, Королеву бы точно не понравилось, что его кто-то жалеет.