Книга Чтица императора, страница 58 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Похоже, вы говорите со знанием дела.

Меня почему-то уколола мысль о том, что Дамиан когда-то испытал это головокружительное чувство к неизвестной мне девушке.

— Нет, мне не довелось. Не успел. Но на других насмотрелся... Если помнишь, мне было всего шестнадцать, когда меня сделали императором, и пришлось думать о том, как выжить. Не до романтических чувств. И женили меня быстро.

— Ну да. Правитель не может прислушиваться к своему сердцу, когда речь идёт о серьёзных вещах, – повторила я запомнившиеся слова. – О политических союзах, экономической выгоде, военной силе. Любовь – это для простолюдинов.

— Это он тебе так сказал?

— Скорее герцогиня устами сына.

— Должен признать, что она права. Но он всё равно глупец!

— Ты бы поступил по-другому?

— Не знаю, – честно признался Дамиан. – Но я бы точно не оставил тебя одну с Гарибадом. Защитил бы тебя ото всех. Даже от матери.

И я ему поверила.

Этот короткий разговор помог мне немного успокоиться, и я смогла почти спокойно высказать свой упрёк.

— Я понимаю, что предложение поселить меня отдельно от всех совершенно неприемлемо, но сказать об этом так!

Дамиан подошёл ко мне ближе и встал почти вплотную, спрятав руки за спину. Будто не вполне доверял себе.

— А ты хотела скрыть, что мы любовники? Надеялась, что он об этом ещё не знает?

— Если кто-то в Арджурии ещё не знал, что я принадлежу вам, то сегодня вы и так это продемонстрировали всему Финлиссу. Говорить всем о том, что я провожу ночи в вашей спальне, было необязательно!

— Ты стыдишься этого?

— А я должна гордиться?

— Многие гордились, заслужив куда меньше моего внимания.

— И где они? – вновь разозлилась я. – Почему я не вижу их рядом с вами?

Руки Дамиана крепко обхватили меня и прижали к горячему телу. Губы впились в мой рот, на время прервав наш спор.

После того как Гарибад рассказал о Федре, Дамиан держался со мной холодно, и я соскучилась по нашей страсти, по огню, что он так легко зажигал в моей крови. И сейчас его властные, почти грубые поцелуи мигом превратили мою злость в обжигающее желание.

Ощутив мой отклик, Дамиан чуть ослабил напор, попытавшись заменить его нежностью. Но мне лёгких прикосновений губ к векам, щекам, уголкам губ было мало. Теперь уже я впилась в его рот, и даже вцепилась в его волосы, чтобы не дать отстраниться. Мне хотелось укусить его, чтобы тоже ощутить свою власть, пометить его, но пока ещё сдерживалась, ограничиваясь поцелуем.

Лишь когда у меня закончилось дыхание, я позволила на миг прерваться. И Дамиан решил воспользоваться этим для того, чтобы, как я подумала, попытаться ускользнуть от меня.

— Эви, подожди...

Я не хотела ждать! Мне нужно было убедиться, что я всё ещё желанна, что сейчас для него нет других женщин - ни тех, что были раньше, ни тех, что будут потом. Только я! Прижалась к нему ещё плотнее и провоцирующе потёрлась о его тело.

— Нет! Хочу сейчас!

И Дамиан сдался.

Наслаждение, что подарил мне он, было острым и ярким, но, схлынув, оставило странное послевкусие - словно я пила морскую воду, солёную, как слёзы. Я не позволила себе задумываться. Переплела наши пальцы и попросила:

— Дамиан, пообещай, что больше не будешь так явно демонстрировать всем нашу связь. Все и так о ней знают. А когда ты это ещё и подчёркиваешь, мне это обидно. Кажется неуважением.