Книга Шестая попытка короля Эрика, страница 120 – Елена Алексеевна Кузнецова

— А почему ты спешил сегодня?

И не спешил раньше — повисло в воздухе непроизнесенное продолжение вопроса. На него Эрик и ответил:

— Раньше я прятал тебя от врагов. Нужно было, чтобы никто не знал, что у меня есть дочь. А ты была маленькой и могла выдать секрет, — изложил продуманную видно заранее версию Эрик. — А теперь ты большая. Дарита Таиния сказала, что ты умная и сильная, и я решил — пора! Пора тебе узнать обо мне.

Гвендолин серьезно посмотрела на меня:

— Спасибо, дарита Таиния. Значит, я не должна никому говорить про тебя, папа? — серьезно обратилась она к Эрику.

— Да. Пусть пока это останется нашим секретом. Ты останешься здесь, но мы будем видеться чаще.

Гвендолин с облегчением кивнула.

Похоже, настоятельница права. Резкое изменение жизни девочку напугало бы. И то, что появление отца не лишало ее подруг и привычного дома, успокоило Гвендолин. Ведь приют до сих пор был единственным домом, который она знала.

— Папа, а кто моя мать?

Эрик напрягся:

— Твоя мать умерла.

— Ты говорил. Но кто она?

Пожалуй, вспоминать сейчас историю Луасон будет чересчур и для Эрика, и для Гвендолин. Я решила вмешаться:

— Гвендолин, давай отец отложит эту историю на потом. Она непростая. Тебе надо привыкнуть к новости об отце, обдумать ее. А про твою маму король Эрик расскажет тебе в следующий раз. И ответит на твои вопросы, которые наверняка появятся. Хорошо?

Гвендолин помолчала, а потом серьезно сказала:

— Хорошо. Ты ведь теперь не исчезнешь? — робко улыбнулась она отцу.

— Не исчезну, — с облегчением улыбнулся ей Эрик. — Но теперь мне пора.

Эрик сидел, а Гвендолин стояла, отчего их лица находились почти на одном уровне. Они вновь замерли, глядя друг на друга. Король уже уверенно подтянул к себе дочь и осторожно поцеловал в щеку. Гвендолин обняла его, но быстро отстранилась.

— До свидания, папа, — сказала она и чинно направилась к дверям.

У порога остановилась, обернулась и посмотрела на меня:

— Дарита Таиния, я желаю вам победы в Отборе.

— Я тоже, — поддержал ее король.

Девочка улыбнулась и вышла. Мы с королем встали. Пока я выбиралась с места настоятельницы, Эрик накинул свой плащ и снял с вешалки мой.

— А если я проиграю?

Эрик накинул мне на плечи плащ и задержал руки на плечах.

— Признаюсь честно, я все равно тебя не отпущу, — напряженно сказал он.

— А если я не соглашусь?

Темными жесткими глазами Эрик посмотрел на меня и неприятно усмехнулся:

— Я давно научился быть безжалостным и к себе, и к другим. А у тебя, Таиния, большое любящее сердце, — он провел пальцем по моей щеке, — а значит много точек, на которые можно давить, заставляя делать то, что нужно мне.

Я отвернулась, и Эрик отпустил меня, отступив на шаг. Молча мы накинули капюшоны и вышли из кабинета настоятельницы. За дверью нас ожидала монахиня, которая позвонила в колокольчик, видимо, подавая кому-то сигнал, и с поклоном повела нас к выходу. Я была в таком смятении, что почти не замечала происходящее вокруг. Впрочем, ничего особенного и не происходило. На крыльце нас ждала матушка настоятельница, с которой Эрик вежливо распрощался. Меня моя роль молчаливой тени вполне устраивала.

На обратном пути мы ехали не так быстро, и Эрик посадил меня перед собой. Мою лошадку вел в поводу один из охранников. Возможно, такой способ езды был не вполне приличен, но никто королю на это не указал. Я тоже не стала спорить из-за такого пустяка. Мне бы найти силы на противостояние по более важным вопросам.