Книга Шестая попытка короля Эрика, страница 193 – Елена Алексеевна Кузнецова

Глэдис Ниррей седа напротив Джиневры, терпеливо наблюдая, как королева вертит в руках чайную ложечку.

Дождавшись, когда слуги быстро приготовили все к чаепитию и покинули гостиную, Глэдис заговорила:

— Ты нервничаешь, Джинни? Завтрак прошел не так, как ты рассчитывала?

— Завтрак прошел чудесно, — королева посмотрела на подругу глазами раненного животного. — Он так счастлив, что просто страшно… Что будет, если…

— Оливия говорит, что Гаспар Коберт считает — есть надежда. В последний раз брак Эрика продержался почти год, а в этот раз шансов больше. Так что не переживай так раньше времени.

Королева Джиневра взялась за чайничек и привычными точными жестами принялась разливать янтарный напиток в фарфоровые чашки. Тонкий аромат летних трав коснулся ноздрей, помогая успокоиться.

— Ты права, Глэдис. Знаешь, Эрик напомнил мне, каким его отец был влюбчивым и скрытным, — королева вздохнула. — Он совсем не такой. Уже наверняка все заметили его отношение к дарите Таинии?

— Не все, но многие. Наперебой рвутся к королю на аудиенцию, надеясь воспользоваться его нынешним хорошим настроением.

— Подозрительно хорошим, — ворчливо произнесла Джиневра.

— Вчера король Эрик с даритой под личинами выезжали в город.

— Правда? Давненько он так не делал, — Джиневра улыбнулась своим воспоминаниям. — Помню, как мы с Джедом волновались, когда Эрик с Грегом сбегали из дворца. Точнее, волновалась я, а Джед меня успокаивал. Мол, мальчикам надо выпустить пар. Интересно, куда Эрик повел свою Таинию?

— Кажется, король Эрик показывал ей Эрлийский парк.

— Давно я там не была. Знаешь, Глэдис, давай съездим в монастырь, закажем службу Пресветлой Богине, чтобы Отбор принес удачу моей семье.

— Твоей семье? А не определенной девушке?

— Пусть все решит Пресветлая. Должна же она смилостивиться над нашей семьей? — и добавила. — Потом возьмем Гвендолин и поедем с ней в Эрлийский парк. Надо мне к ней привыкать.

Таиния Ле-Грасс

Пришло письмо от отца, где он одобрил ухаживания Шона Карвина и настаивал, чтобы молодой человек написал ему о своих намерениях. В приписке мачеха требовала от меня подробностей о возможном женихе, и надеялась, что я сумею присмотреть за Лиззи. Уверена, что и Лиззи получила письмо от родителей, где они пытались на расстоянии призвать ее к порядку. Чувствовалось, что родители рады, что Отбор для сестры закончился так удачно. Отец волновался за меня, расспрашивая, как так получилось, что и я в нем участвую. «Я не мог поверить, что это правда, — писал он. — Думал, что граф что-то напутал, когда сказал мне о таких невероятных новостях».

Даже не знала, что ему ответить. До сих пор ничего ему не сообщала о переменах в своем положении. Вначале думала, что все скоро закончится, а потом просто не хотела волновать. Теперь, наверно, уже поздно. Скоро конец Отбора, тогда уже и напишу обо всем.

Думать о том, как родители отнесутся к новостям обо мне, не хотелось. Мысли о доме навевали грусть. Вспомнились младшие Лулу и Томми. Как они норовили пробраться ко мне в Северную башню. Когда теперь я их увижу? Как повлияет на Софи и Джени мое замужество? Эти и куча других тревог и вопросов роились у меня в голове, как осенние мухи — приставучие и бестолковые. Ответа не было. Чтобы избавиться от них решила сходить к Даниеле Омаль, узнать, что готовят для Гвендолин.