Книга Шестая попытка короля Эрика, страница 89 – Елена Алексеевна Кузнецова

Наверняка и я попала на язычок многим. Уши у меня просто горели! Я снова ловила на себе чужие взгляды. Особенно зло почему-то смотрела Лидия Лардис, сидевшая рядом с Гретой Хантис. Так что, ложась спать, я вспомнила о незваной гостье, посетившей нас в первую ночь, и решила хоть стул у входа поставить. Подошла со стулом к двери и услышала шаги в коридоре.

Увидев, как я замерла, Лиззи взяла в руки массивный светильник и подошла ко мне. Это придало смелости, и я решительно распахнула дверь. Там обнаружился стражник и лейтенант Хлауд.

— Лейтенант? Что это значит?

— После нападения на вас в прошлый раз решили установить пост и внутри отведенного невестам крыла. Злоумышленницу пока так ведь и не поймали.

— То есть это охраняют не только меня?

— Конечно! Задача постового следить, чтобы никто не пытался тайком проникнуть в чужие покои. Отсюда ему виден весь коридор.

Объяснение звучало здраво, но почему-то мне послышалась фальшь.

— Что же, спасибо! Значит, сегодня мы можем спать спокойно.

— Лейтенант, а вы тут всю ночь будете? — влезла Лиззи.

— Нет, дарита Ле-Гросс. Я только выставил пост, предупредил вас, чтобы не волновались, и теперь, надеюсь, до утра повода появиться здесь у меня не будет.

Лейтенант откланялся и печатая шаг нас покинул. Я тоже вернулась в комнату и закрыла дверь. Мысль, что нас охраняют, внушала спокойствие, и я быстро уснула. Ночь прошла без происшествий, и я встала удивительно бодрой и в хорошем настроении. На утреннем собрании компаньонок сообщили, что сегодня никаких конкурсов не планируется.

К полудню объявят выбывших, а вечером пройдет малый королевский прием для участниц. Остальное время девушки могут проводить свободно в общих гостиных или в парке.

После завтрака все прошли в гостиные, решив привычно начать с рукоделия. Не то чтобы все так уж любили вышивать, но фрейлины намекнули, что до объявления итогов второго конкурса мы все должны держаться вместе у них на глазах. Спорить никто не рискнул — вдруг это повлияет на решение. Лиззи с Камиллой нашли компанию и заменили вышивку настольными играми. У Виолы настроения играть не было, и она позвала меня посмотреть картины, висящие в коридоре. Мы вышли в освещенный утренним светом длинный светлый коридор, украшенный скульптурами и картинами. Вначале мы шли рядом, но потом наша скорость приобщения к прекрасному совпадать перестала. Виола глубже погружалась в созерцание картин, и я вырвалась вперед.

Чьи-то шаги отвлекли меня от рассматривания скульптуры прекрасной дамы, читающей книгу. По коридору в сторону Виолы шел король. Я поспешила укрыться за скульптурой, но он до меня не дошел. Остановился за спиной Виолы. Та видно решила, что это вернулась я, и, не оборачиваясь, сказала:

— Смотри, это кажется картина кисти Муаро. Их так мало осталось. До сих пор я видела только одну.

— Вы правы, дарита Риадо. Это Муаро.

Виола вздрогнула, поняв, что с ней говорит король. Но тот сделал вид, что не заметил ее смущения и спокойно продолжил говорить что-то о картине и художнике. Подруга успокоилась и даже задала вопрос. Они принялись обсуждать особенности живописи великого лахорца. Король стоял в профиль ко мне и шрам не был виден. Они смотрелись такой красивой и гармоничной парой. В обоих чувствовалась порода: поколения красивых родителей и аристократическое воспитание, впитанное с младенчества. Изящество и точность жестов, гордая осанка, мелодия голосов и родство интонаций. Они говорили на одном языке. Король уже не выглядел ледяной статуей и в Виоле не чувствовалось ни смущения, ни страха.